Очерки о лобненском детском доме. Фокс. Проза Ю. Петрова

Сорви-голова, драчун, обманщик, воришка, лентяй, забияка, врунишка, хохмач – всё это Фокс, или Алёшка Фокин. Но этого мало. Наберите слов, утрамбуйте их, добавьте столько, сколько сможете поднять, взвалите мешок на плечи и тащите его к Фоксу. Перед ним опрокиньте мешок и вывалите из него все эпитеты.
Посмотрит Алёшка озорными глазами на ту громадную кучу и, наверное, скажет: «Это не всё». И тут вы с чистой совестью начинайте увеличивать ту кучу с помощью вашего словарного запаса. Но – стоп! Хватит! Не видите, что ли, что куча стала больше Фокса? Его уже самого завалили. Так что давайте обратный ход. Надо убавить её, разобрать и, вообще, разобраться. А, может, не стоит? Ведь это же Фокс. Кто его не знает? Все знают. И в школе, и в детдоме. Только каждый видит его по-своему. А мы-то показали мальчишку с одной стороны. Скажем прямо – с невесёлой. Зато с той, которая нам хорошо видна. Применили, так сказать, «лунный принцип». Что видим, о том и говорим. А что не видим, то нас, вроде, и не интересует.

Теперь, когда Фокс «разукрашен» ярлыками, как иной деятель –медалями, пригласите парня хоть присесть с вами да загляните в его лукавые, карие глаза. Кроме маленьких прыгающих бесенят, вы, возможно, ничего и не увидите. А загляните-ка поглубже. Смотрите: из-за тех бесенят нет-нет да и покажется неподдельная тревога, а иной раз и боль…
Он легко раскрывается, если подойти к нему по-доброму, без фальши. Можете задать любой вопрос и получите бесхитростный ответ. А что ему скрывать? То, что он не знает родителей и не знает, где родился? Или, что его бабушка умерла в доме престарелых, не увидев внука? Или, что у него есть три старших сестры, которые никогда сюда не приезжали и которых он совсем не знает? Плохо, когда мальчишка не знает, где он родился. И совсем худо, когда он знает, что никто из родных им не интересуется и никогда ему не поможет.
Вот здесь и распорядились силы природы: надели на его душу колючий защитный панцирь. А кто его ещё защитит? Общество, породившее таких «фоксов»? Ничего подобного. Самое большее, на что оно способно – это дать приют, обуть, одеть, накормить. И ещё дать кое-какое образование. Всё. Но никогда оно не вернёт ему то, что у него отнято. К счастью для «фоксов», они об этом почти и не думают. Когда думать-то? Шум, суета, бесшабашность. Так что, катятся они по обочине жизни и выйдут ли на дорогу – никому не известно. Наши детские дома, когда подходит срок, «выстреливают» своими воспитанниками. И эти незрелые, не подготовленные к труду и к жизни в обществе, ребята плюхаются, кто куда. Сильный поднимается. Слабый – пойдёт по наклонной…
Однако продолжим разговор о Фоксе. Заглянем в детдомовскую игротеку. Здесь Алёшка чувствует себя, как рыба в воде. Он быстрее всех освоил самые сложные игры, в том числе и на тему современных товарно- денежных операций и сделок. В групповых играх, где нужна смекалка, Фокс соображает быстро и без ошибок. Любо-дорого смотреть на него в этот момент: азартный, красивый, изобретательный. Никто его не обыграет. Воспитатель и работник игротеки Валентина Петровна Ушакова, когда разговор зашёл о Фоксе, сказала: «Люблю я этого озорника. Сообразительный, добрый, на лету всё схватывает. Но стал ленив в учёбе. Озорство захлёстывает. А мальчишка-то хороший».
Вот вам и другая сторона Алёшки Фокина. Только куда же он пойдёт со своим шальным характером? Побыть бы ещё хоть год в детдоме, поучиться. Да не оставят. «Насолил я многим преподавателям», — признался Фокс. Жаль парня. Но, наверное, «выстрелят» и им. Где-то он приземлится?..

© Copyright: Юрий Петров

Очерки о лобненском детском доме: ОЛЯ СОРВЁТ ВАСИЛЁК, БОГДАШКИ, НАТАША, ГУСИ

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Запись опубликована в рубрике НАШЕ ТВОРЧЕСТВО, ПРОЗА с метками , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

4 комментария: Очерки о лобненском детском доме. Фокс. Проза Ю. Петрова

  1. Александр Крохин говорит:

    Тяжёлая судьба у Гусева, Наташи, Лёшки Фокина. Материально, вроде всем обеспечены были, шефы задаривали новой одеждой и обувью, игрушками и играми. В детском доме была своя отличная библиотека, спортзал, да и кормили хорошо. На выходные организовывали экскурсии в музеи, театры. Помню, я сам ездил с ними на телестудию Останкино, где встречались с известными артистами, в том числе с пятнадцатилетней Наташей Королёвой. Не было только самого основного – домашнего тепла, любви родителей. Воспитатели отчасти пытались заменить им мать, у кого-то получалось больше, у кого-то меньше, но всё равно это было большое общежитие. И справедливо подметил Юрий Васильевич, в этом общежитии, чтобы чувствовать себя личностью, по их мнению, — надо «одеть на себя колючий панцирь», иначе ты тряпка. Гусь играл роль сильного добряка, Фокс интеллектуала. Меня он также приглашал в игровую, сразиться с ним в различные игры и часто ему удавалось быстрее собрать кубик Рубика, или обыграть меня в шахматы. Мне всегда было тяжело смотреть на этих маленьких и больших ребят и девчат, не по-детски умных, порой бесшабашных, а общаясь с ними на время забывать об этом. Придя домой, глядя на встречающих меня своих троих детей, снова думать: — За что же другим такое?

  2. Елена говорит:

    Евгения Рафаиловна, Вы просили оставлять комментарии на очерки Юрия Васильевича, отказать Вам я не могу. Честно скажу, после заметок Александра Николаевича мне сказать практически нЕчего — он всё очень ёмко отразил в своих откликах на «Очерки». С этой стороной жизни — детдома, интернаты, школы — я почти не сталкивалась. Как-то «проносило» меня. Это, правда, очень больно — знать о судьбах брошенных детей, а уж работать с ними… мужество и профессионализм здесь должны быть высочайшего порядка. Моё преклонение перед педагогическим даром Александра Николаевича. Все три «Очерка» я прочла, — проза великолепная, в «Фоксе» особенно, просто восхитительная! Да, многое было дано Юрию Васильевичу, и замечательно, что многие свои замыслы он успел воплотить, оставив Вам свои литературные архивы. Ещё раз благодарю Александра Николаевича. Его отклики не только расширили картину тех событий, о которых рассказал Юрий Васильевич, но и открыли мне путь к более глубокому пониманию «Очерков».

  3. Евграф говорит:

    Благодарю Александра Николаевича и Елену Николаевну за сердечные отзывы!
    Александр Николаевич, как удивительно совпало, что в то время Вам пришлось общаться с этими детьми, о которых написал Юрий Васильевич!
    Е.Р.

  4. Александр Крохин говорит:

    Вы представляете, Евгения Рафаиловна, читая рассказы или эссе, как обозначила Елена прозу Юрия Васильевича, я всё время ловлю в себе неясный образ пожилого человека, беседующего в жилых комнатах с воспитанниками детского дома. Внутри возникли ощущения реальности встреч с ним. Может быть, это игра воображения, но всё-таки отдельные обрывки каких-то образов-воспоминаний живут во мне. Одно точно помню, что воспитатели знакомили меня с гостем, может быть это и был Юрий Васильевич.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *