Очерки о лобненском детском доме. Гуси. Проза Ю. Петрова

Гусь – это кличка. Зовут его Генка Гусев. Гусиного в нём ничего нет. Просто, так короче, а главное – здесь так принято. Кличка есть почти у всех. Иные ею даже гордятся. Всё зависит от того, насколько в ней отражаются внутренние и внешние человеческие качества, их суть. И если эти качества в глазах ребят ценятся достаточно высоко, то кличка будет безобидной или подчеркнёт твои лучшие свойства, покажет их более выпукло. Если в характере много «трещин» и он вызывает неприязнь, не обессудь – кличку получишь по заслугам. Генке она досталась по фамилии. Гусь – что в этом плохого? Здесь на такие мелочи не обижаются. Фактически, это второе имя. А может, и первое. С какой стороны рассматривать.
Ему уже пятнадцать лет. Учится в восьмом классе. Через два года придётся покинуть приютивший его дом. А специальности нет. И родителей нет. Отца он не помнит совсем. Мать в 1981 году лишили родительских прав. Живёт она без мужа. С 1970 по 1979 годы, родила семерых детей. Мать он почти не помнит. Она детей, наверное, тоже. Иначе приехала бы из Егорьевска хоть раз навестить его и Вальку.
Это Генкин брат. Гусь – младший. Вальке двенадцать лет. Учится в третьем классе. Он всем доволен. Кормят хорошо. Одевают, обувают. Ему
ещё до выхода из детдома лет пять. Так что об этом думать рано. Живёт в
одной комнате со своим старшим братом. Комната на пятерых, не очень
уютная, зато просторная. Его никто не обижает. В свободное время можно поиграть, побегать, попрыгать в детдомовской дискотеке. Родители? Да он их и не помнит вовсе. А раз так – и не думает о них. Как можно думать о том, чего не знаешь?
Он не понимает ещё, что жизнь начисто отсекла у него огромный кусок души (дай, бог, не всю!), где должны были жить его воспоминания о родительском доме, о нежной ласке матери и отца, о маленьких домашних радостях, о мире неповторимого солнечного детства, которое освещает впоследствии людям весь их жизненный путь. У Вальки озорное, заострённое лицо. Он ни над чем серьёзно не задумывается. Просто живёт, раз его родили на свет божий. Это стопроцентный детдомовец. Наверное, он жил бы здесь до конца своих дней.
Но уйти отсюда всё же придётся. А ведь он ещё совсем не приспособлен для жизни. Кто вложит в его узенькую грудь вынутую кем-то душу? Этого не в силах сделать ни заботливый директор Александр Евгеньевич Харламов, ни добрые воспитатели. Они ему стремятся помочь. Но, чтобы их работа была настоящей помощью, эту помощь ещё нужно уметь принять. А принять её могут далеко не все. И не потому, что не хотят. А просто не все это умеют делать. И только очень опытный воспитатель нащупает в душе ребёнка тот выступ, за который можно зацепиться и вытащить мальчика или девочку на дорогу. Постарайся понять это, Гусёнок!
Старший брат – не такой. Генка – интересный парень. Его симпатичное лицо привлекает не только взгляды девочек. С ним хочется поговорить, узнать ближе его интересы, вызвать на откровенность. Но сделать это не просто. Какой-то неуловимый налёт постоянной грусти и настороженности на приятном лице говорит о том, что этот мальчик воспринимает окружающий его мир гораздо глубже и эмоциональнее, чем другие. Может быть, поэтому у него нет здесь задушевного друга ни среди мальчиков, ни среди девочек. Но он не задавака: с ребятами прост, общителен, любит играть в баскетбол, читает детективы. На дискотеки не ходит. Ни на свою, ни на городскую. Хотя в парке бывает. Встречается там с приятелями. Не избегает и девочек. Бывает у знакомых дома, когда его приглашают. Это общение дарит одновременно и радость, и грусть…
Но грусть временами к нему приходит и в детдоме, в минуты, когда к кому-нибудь приезжают родители. Он не завидует этим ребятам. Только в этот момент на него находит неодолимая жалость к себе. Он и сам не знает, почему это происходит. Он борется с ней, пытаясь отвлечься, читая книгу или азартно включаясь в игру в баскетбол. Иногда побеждает эту грусть. Иногда нет. В этом случае жалость к себе уходит сама. Медленно и болезненно. Наверное, эта тяжёлая борьба с собой и наложила на его лицо ту, на первый взгляд незаметную, печать грусти. Дай бог ему силы и удачи, чтобы она со временем навсегда сошла с его бледного лица!

© Copyright: Юрий Петров

Очерки о лобненском детском доме:ОЛЯ СОРВЁТ ВАСИЛЁК, БОГДАШКИ, ФОКС, НАТАША

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Запись опубликована в рубрике НАШЕ ТВОРЧЕСТВО, ПРОЗА с метками , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

7 комментариев: Очерки о лобненском детском доме. Гуси. Проза Ю. Петрова

  1. Людмила говорит:

    Надо быть очень тонким и неравнодушным психологом, чтобы уловить, понять душу ребёнка, его внутренний мир. И хорошо владеть словом, чтобы так донести это до читателя.

  2. Александр Крохин говорит:

    Прочитал о Генке Гусеве и самому немного взгрустнулось. К рассказу Юрия Васильевича хочу добавить немного своих воспоминаний. В те годы я работал преподавателем в Лобненском техникуме, а в детском доме, в качестве шефа, вёл два кружка, кружок любителей птиц и группу развития памяти.
    В детском доме директором А.Е.Харламовым была выделена очень большая комната на втором этаже, в которой я разместил клетки с различными попугаями, канарейками, лесными певчими птицами. В террариумах жили неядовитые змеи: желтобрюхий и узорчатый полозы, ящерицы, белые мышки, в аквариуме плавали рыбки.
    Все воспитанники детского дома — от самого малого, до старшего, ухаживали за животными, любили проводить с ними большую часть своего свободного времени. Я сразу отметил Гусева, как лидера, среди разновозрастных ребят и девчат. Лицо его было в прыщах и, как-то, я сказал ему, что знаю как можно избавиться от этой напасти, но для этого нужны четыре компонента в определённой пропорции: нашатырный и камфорный спирт, крупная соль и кипячённая вода.
    На следующий день он принёс мне нужные элементы. Средство помогло и через пару недель от прыщей не осталось и следа. Вечерами, по средам, в актовом зале, я вёл дополнительные занятия по развитию памяти, проводил тренинги. Зал всегда был полон. Повара бросали на время свою работу и также приходили послушать лекции, наблюдать за непривычными приёмами обучения и техниками. Дело дошло до того, что ребята стали доверять мне безоговорочно, считали, что я вижу их насквозь и читаю их мысли. Были случаи, когда они приводили воспитателя и, просили меня посмотреть им в глаза, и подтвердить, что они не совершали проступок, за который их собирались наказать.
    Помню ещё одно событие. У учительницы пятой школы, со стола на перемене пропал кошелёк с документами, ключами и деньгами. Подозрение пало на детдомовских ребят. К директору были вызваны пятеро подозреваемых в краже, пригласили меня. Не успел я открыть рот и назвать воришку, как влетел Генка Гусев, попросил меня не проводить эксперимента, сказал, что сами сейчас разберутся. Забрал ребят, а через полчаса кошелёк со всем содержимым был возвращён. Меня Гена просил не называть фамилию, а он уж позаботится, чтобы подобное больше не повторилось.
    Кружки работали вплоть до расформирования детского дома. Гену Гусева и некоторых других ребят я встречал в Лобне ещё несколько лет после окончания школы.

    • Людмила говорит:

      Александр Николаевич, очень интересное дополнение, и интригующее к тому ж. Неужели Вы и правда знали — кто украл? И как это возможно?

      • Александр Крохин говорит:

        Есть определённые микродвижения глаз, лица, рук и всего тела. Натренированный человек легко улавливает все эти сигналы. Слов вообще не надо.

  3. Евграф говорит:

    Хочу проинформировать читателей, что очерки были написаны Юрием Васильевичем в 1992 году. Многие помнят эти годы. А мне было очень приятно узнать, что Александр Николаевич в то время проводил очень нужные занятия с ребятами из детского дома и даже лично знал Генку Гусева. Связь времён. Ведь Вы, Александр Николаевич, могли встретиться тогда с Юрием Васильевичем. И вам было бы, о чём поговорить, вы оба интересные, увлечённые, не равнодушные к жизни люди. Спасибо Вам за Ваше приятное добавление. Возможно, в следующих публикациях вы сможете узнать и других ребят.
    Е.Р.

  4. Александр Крохин говорит:

    Было бы интересно прочесть все рассказы. Я помню почти всех воспитанников детского дома, а также и воспитателей, с некоторыми из них до сих пор поддерживаю добрые отношения.

  5. Светлана Наумова-Чернышова говорит:

    Надо же, какое интересное стечение обстоятельств! Как мир тесен!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *