В Репино. Проза А. Крохина

Начался очередной жаркий день середины лета. Финский залив был спокоен, лишь небольшие волны лениво подкрадывались на прибрежный песок и разного размера гранитные валуны, во множестве поселившиеся по всему побережью со времён ледникового периода. Каждая волна, накатываясь на препятствия, издавала глухой звук, напоминавший тяжёлый и скорбный вздох.

Репино. Побережье Финского залива.

В нескольких десятках метров от берега о чём-то своём шептались листья берёз и осин. Гордо, как солдаты в карауле, стояли стройные сосны. Особый колорит к общей гармонии добавляли пушистые ели.
Несмотря на то, что заканчивалась вторая декада июля, с вершин деревьев всё ещё раздавались узнаваемые голоса различных птиц. Соловей прокричит два-три мощных колена, и затем долго коротенькими свистами подзывает к себе подросших птенцов и самку. На самой макушке берёзы неутомимо повторяет свою серебристую, замирающую в конце трельку, миниатюрная пеночка весничка. Издалека доносится флейта иволги. Черный дрозд не спеша перебирает свою растянутую мелодию, в которой есть весёлые нотки соловья и торжественные переходы от громкой горловой флейты до, тихой подпесни. В целом, структура его репертуара поражает своей печальной музыкальностью.
На тёплом песке, расположившись полукругом, лежали четверо молодых людей, подставив свои спины ультрафиолетовым лучам утреннего солнца.

— Совсем как у нас в Варне, — нарушил молчание Яни – студент из Болгарии, — птицы те же, природа похожа. Будто и не уезжал никуда из дома.

— И я о том же подумала, — поддержала его Пенка, — слушаю грустную птичью песню, а голову не покидают тяжёлые впечатления от вчерашней экскурсии.

Вчера администрация строительного управления организовала автобусную экскурсию на Пискарёвский мемориальный комплекс для студентов интернационального строительного отряда. В отряде были студенты из Германии и Чехословакии, но поехали только болгарские студенты и мы – студенты Ленинградского инженерно-экономического института. Посещение этого огромного мемориального комплекса впечатлило не только болгар, но и всех нас.

Болгарские и советские студенты у монумента «Мать — Родина». Июль 1970 год.

От Вечного огня до монумента «Мать — Родина» проложена Центральная аллея. Слева и справа уходят около двухсот скорбных холмов братских могил, в которых покоятся 420 тысяч жителей Ленинграда, погибших от холода, голода, различных болезней, бомбёжек и артобстрелов и 70 тысяч воинов – защитников Ленинграда. Есть на мемориале и около 6 тысяч индивидуальных воинских могил.
Пискаревское мемориальное кладбище — самое большое кладбище жертв Второй Мировой войны. 900 дней и ночей гитлеровцы рьяно исполняли людоедский приказ своего фюрера. Методично артиллерия и авиация сеяли смерть и разрушения в городе. Фашисты проявляли небывалые приёмы изобретательности, которым могли бы позавидовать палачи всех времён и народов.
Несмотря на тяжелейшие условия, люди выстояли и победили врага. Когда в музее читаешь несколько блокадных страничек дневника Тани Савичевой, слёзы наворачиваются на глазах, и появляется комок в горле.
Пискарёвское кладбище стало символом мужества, удивительной силы духа советских людей и самоотверженной любви к своей Родине, символом страданий, горя и неисчислимых бед, которые принесла человечеству вторая мировая война.
В этом году студентам поручено принять участие в строительстве пансионата в посёлке Репино. Стройка будущей здравницы «Репино» располагалась в курортном районе на побережье Финского залива в одном из самых живописных мест Карельского перешейка, всего в 40 км от Ленинграда. Интернациональную группу в составе 80 человек распределили по разным специальностям: штукатуры, стекольщики, плотники и т.д.

Стройка. Будущий пансионат «Репино»

Я занимал должность бригадира каменщиков, а по общественной линии отвечал за тесное сотрудничество советских и иностранных студентов. Особенно сблизился с Яни Георгиевым Николовым из города Варны. Вот и сейчас, лёжа на тёплом песке, постарался перевести разговор с грустного начала на более весёлый лад.

— Яни, ты говорил, что хорошо разбираешься во флоре и фауне своего края. Расскажи о Болгарии, интересно выслушать новости из первых уст. Пенка, если Яни что-то пропустит, или не доскажет, то ты дополняй.

Пенка утвердительно кивнула головой, получилось наискосок, как бы по диагонали. Мне это движение показалось интересным, и я тут же задал ей вопрос:

— А правда, что вы отрицаете кивком головы, а утверждаете покачиванием её из стороны в сторону?

Александр Крохин и Яни Георгиев Николов

— Это старая и самая известная национальная особенность Болгарии. Но сейчас, общаясь с иностранцами, мы приспособились делать подобные жесты, как принято в остальных странах. При разговорах между собой, традиции, конечно, сохраняются.

— Я где-то читал, что во времена турецкого ига все болгары договорились поменять жесты, чтобы сохранить себе жизнь из-за различий в религии. – включился в разговор Боря Акулов — наш самый главный отрядный повар и мой лучший друг.

— Это одна из легенд. Турки могли перерезать горло, — сказал Яни, — если бы на вопрос об отречении от христианской веры, болгарин сказал «нет», но вернёмся к природе Болгарии. Посмотрите вокруг. Всё, что вы видите, в целом, ничем не отличается от растительности, скажем, основной территории Болгарии. Птицы те же, разница во флоре и фауне ощущается только в приморских районах.

— В болгарской части волшебных горных территорий, под названием Родопы, очень богатое разнообразие животного и растительного мира, — поддержала его Пенка, — по древним легендам, сам Орфей родился в этих горах и пел свои дивные песни людям и животным. В горах Родопы можно увидеть руины многих античных и средневековых крепостей, которые привлекают к себе много туристов. В основном, горы покрыты лесами из вяза и белого ясеня, но чередуются с хвойными деревьями. Только у нас встречаются белая сосна, белая и чёрная ель.

После её слов, Яни сделал паузу, долго всматривался в серо-голубую гладь Финского залива, словно оттуда пытался получить нужную информацию. Наконец, собравшись с мыслями, продолжил рассказ:

— От моего дома, расположенного на улице Радулова до Приморского парка, по-болгарски Морската градина, рукой подать, пять минут и ты оказываешься в ином мире. Это искусственно заложенный во второй половине девятнадцатого века заповедник, каких в Болгарии несколько. Парк давно является одним из главных символов Варны, после  Кафедрального Собора Успенской Богородицы. Там расположен зоопарк, террариум. Место очень красивое, занимающее огромную площадь, и я с детства люблю гулять по парку. Горожан и гостей, как у вас говорят, «за уши не оттянешь» от посещения достопримечательностей парка, различных мероприятий и выставок, благо они работают днём и ночью.

Боря поднял руку, как школьник, и задал вопрос Яни:

— Прости, что перебиваю! А, правда ли, что у вас аисты гнёзда вьют на каждом телеграфном столбе.

— Вообще-то это – очередной миф, но аистов гнездится очень много и не только на столбах, но и на крышах домов тоже. С вашего позволения, я продолжу рассказывать о парке, – Яни наморщил лоб, восстанавливая ход своих мыслей, – на территории Южного пляжа всегда очень много людей. Приморский парк населяют несколько видов черепах, два вида змей и около восьмидесяти видов птиц. Если бы вы только слышали, как там поют соловьи! Пенка не даст соврать. По мне, так второе место, после соловьёв, занимают песни лесных жаворонков! Интересных птиц у нас много. А само море! Вы не видели нашего моря! Цвет воды изумрудно-голубой, место тихое, здесь нет опасных волн и течений. Наш парк и море — это рай на земле! Я очень люблю свой город!

Используя воцарившуюся паузу, Боря, заложив руки за голову, закрыл глаза, наверное, для того, чтобы лучше вспомнить яркие детали своей малой Родины и начал рассказывать:

— У нас в Брянске тоже красиво, по центру города протекает река Десна. В мае соловьи поют, рыбаки сидят по всему берегу, ловят рыбу. Белые облака отражаются на зеркальной поверхности воды и небо такое голубое-голубое. Эх, что-то на лирику потянуло. Хотел многое рассказать, да слов не хватает.

Пенка улыбнулась. Её немного округлое, привлекательное лицо слегка загорело на стройке и от этого казалась немного старше своих лет. Когда улыбается, оно сразу становится светлее и ещё приятнее. Во внешности ничего болгарского, похожа на типичную русскую деревенскую девушку, о которой у нас говорят: – «кровь с молоком». Пенка Николова Павловска – из небольшого портового города Лом, расположенного на правом берегу Дуная. Высшее экономическое образование получает в Варне.

— Была я как-то в Триградском ущелье. Это недалеко от города Асеновград. Видела интересную птичку. Мне объяснили, что птица называется – краснокрылый стенолаз. Очень уж интересно было наблюдать, как он срывается со скалы, летит как по волнам, сверкая на солнце яркими красными крыльями. Он ухитряется держаться лапками за гладкие отвесные скалы, лазить по ним и при этом издавать мелодичные звуки.

— В детстве наблюдал их акробатические способности на скалах Шах-Дага в Азербайджане, – блеснул я своими познаниями в орнитологии и, конкретно, по этой птице, – издаёт тонкий протяжный свист, а трель напоминает песенку обыкновенной овсянки.

Боря посмотрел на часы, засуетился, быстро оделся и направился в сторону лагеря, успев на ходу сделать предупреждение:

— Друзья! Не забудьте, что через час обед. Жду вас в столовой.

— Хороший парень, Боря! – проводив его взглядом, сказала Пенка. – Общительный, добрый и мастер на все руки, готовит вкусно.

— Мы служили вместе в одном полку ВДВ, в институт поступали вместе, в студенческом общежитии в одной комнате живём. В эту зиму одну тёплую зимнюю шапку вдвоём носили.

— Это как, одну шапку вдвоём? Такая шапка большая? – Глаза у Пенки округлились от удивления.

Современный вид пансионата «Репино»

— Один из нас надевает шапку, а другой без шапки; едем в институт на трамвае, а из института проделываем обратный путь в общежитие, но уже другой – в шапке. Зима закончилась, вторую купили. Сейчас, у каждого своя шапка…
Мы поступали в институт сразу после Армии и не сразу приобрели гражданскую одежду. Пришлось зарабатывать ночами, выгружая уголь или соль на товарных станциях.

— Понятно. Я представила, как вы вдвоём идёте в институт в одной большой шапке. Очень смешно. – Пенка захохотала.

Яни наблюдал, как блестящий жук безуспешно карабкался по песку, пытаясь преодолеть препятствие, не выдержал и помог золотистой бронзовке взобраться на песчаную горку и улететь, затем выпрямился и, обращаясь ко мне, сказал:

— У нас очень строго относятся к охране природы. В Болгарии более 10 уникальных заповедников, где даже цветы рвать запрещено. Все они находятся под охраной государства. Много общественных организаций, например, «Союз охраны птиц», помогают государственным органам сохранять краснокнижные популяции. О нашей стране много можно рассказывать, но, будет время, приезжай к нам, сам всё увидишь.

— Спасибо тебе Яни и тебе Пенка за интересный рассказ о Болгарии. Вы прекрасно говорите по-русски и мне всегда приятно с вами беседовать. Может быть, когда-нибудь соберусь и приеду к вам в гости. Сейчас пора нам собираться, а то действительно на обед опоздаем. На сегодня норму по приёму солнечной энергии мы выполнили, а вечером можно пойти в местный кинотеатр. Будут показывать хороший художественный фильм «Волшебная сила», в главной роли – Аркадий Райкин. Я уверен, что вы, особенно Пенка, любите юмор и сатиру, так что вместе отдохнём душой и повеселимся.

К концу месяца мы выполнили тот объём работ, который нам был запланирован, получили заработную плату, обменялись адресами и разъехались по своим странам, республикам и областям. Август был отведён на отдых, а с 1 сентября начнётся новый учебный год, но уже на следующем курсе института. В перспективе, каждому из нас, рисовалась интересная, полная ярких событий, счастливая жизнь.

© Copyright: Александр Крохин