Я к реке в Воробьевых горах прихожу много лет.
Здесь легко, как в лесу, словно душный московский подклет
Растворяется — выветрить всё, что томит и тревожит.
Но сейчас, по прогнозу точь-в-точь, начинается дождь.
Потемнело вокруг, и тоскливо, куда ни пойдешь,
Словно бьется река под дождем, а укрыться не может.
То ли страх, то ли изморозь вьется над горькой рекой.
Что ж, и я такова, и наверно останусь такой:
Ни к чему, ни к кому напрямик не могу прикасаться.
Я пришла за стихами сюда, я пришла помолчать,
Пусть отныне они говорят, эта злая печать,
Невозможность избыть ничего, что не может сказаться.
Я как эта река под дождем, где не видно ни зги,
Где нельзя рассчитать глубины, где лишь рябь и круги
По тяжелой воде, и осколки, и ямы сокрывшей.
Всё известно воде: ход Луны, водомерок разбег…
Вот я вроде бы есть, и такой же, как все, человек,
Только жизнь замутняет меня либо носится выше.
Что попало на дно — растворилось, внутри проросло.
Да, красиво в жару у воды, ведь она как стекло:
В ней и небо светлей, и деревья вокруг зеленее.
Вот вся прелесть искусства, а жизнь не удержишь в руке.
Камни, камни речные, лишь вам на своем языке
Я пока что могу говорить то, что людям не смею.
© Copyright: Екатерина Ратникова
