Славным солдатам. Л. Литвинова

Председателя Славянской Академии литературы и искусств Елку Няголову мы знаем, как талантливую поэтессу и как активного общественного деятеля на благо развития культуры славянских государств. Елка всегда открыто выражает свою гражданскую позицию в СМИ, выступлениях на различных мировых площадках и в соц. сетях. Вначале января на страницах Facebook я прочитала её пост «Эх, Верещагин!», приуроченный к 141-ой годовщине освобождения Софии от турецкого владычества, с прикреплённым отрывком из рассказа Милё Вельчева «Клятва». Этот материал затронул меня, разбередил душу, вдохновил и на собственное творчество. И я решила поделиться этой темой с нашими «ладожцами». Ряд переводов и собственных публикаций хочу приурочить к 3 марта, национальному празднику – Дню освобождения Болгарии от османского ига.

ЭХ, ВЕРЕЩАГИН!..
«Возьмешься писать, разрыдаешься, бросишь… За слезами ничего не видно…». Это слова Василия Верещагина, который запечатлел на полотнах русско-турецкую освободительную войну за Болгарию.
Сегодня, через 141 год после освобождения Софии, Болгарская церковь вновь спасла нашу честь! Холод, снег, старость, расшатанное здоровье, дискомфорт и т. д., Но патриарх Н. св. Неофит поступил правильно и принял участие в благодарной молитве в память о тех, кто погиб за нашу свободу. И снова в храме «Св. Воскресенье», как и тогда — при личном участии Гурко. СМИ сообщили, что чудотворную икону, подаренную лично им при въезде в город, «Святая Богородица – Всех Скорбящих Радость» несли на священнической процессии. И вот мое беспокойство, недоумение и… стыд: а где были на шествии болгарские политики всего спектра сегодня? Не нашлось ли им места сразу за этой иконой?! Если они не выражают почтения и благодарности тем, кто разлучился со своей жизнью на пути в Софию, хотя бы для того, чтобы тихо жить в этом зимнем аду, усеянном трупами, о котором говорил Василий Верещагин? Где они были?… Ах, да, они еще не закончили свой отпуск!
Ни СМИРЕНИЯ перед смертью, ни БЛАГОДАРНОСТИ за то, что кто-то заплатил кровью за нашу свободу… И что же это за свобода, если мы не можем быть ЧЕЛОВЕЧНЫМИ?!

Е. НЯГОЛОВА

_____

Из рассказа «Клятва» /Милё Вельчев/
Перевод с болгарского — Ларисы Литвиновой 

Воодушевление в палаточном лагере над Габрово было велико. Плевен освобожден! Осман-паша и его армия пленены! На востоке престолонаследник Александр,  на западе генерал Гурко громят противника! На помощь им присоединились тысячи сербов и черногорцев, румын… Оставалось только одно препятствие – турецкое укрепление при Шипке — Шейново и фанатизм двадцати семи тысяч турок и черкесов под предводительством Вейсел-паши, обращённого в мусульманство австрийского ренегата¹ генерала фон Векселя.
Слова генерала Скобелева согревали продрогшие тела, расслабляли души, скованные напряжением от долгого ожидания: «Братцы, мы собираемся совершить еще один подвиг, достойный славы русских знамён. Мы должны пересечь Балканы перед глазами врага – армии Абу-паши, через глубокие перевалы, без дорог, вместе с артиллерией. Болгарские братья, вы заслужили уважение и любовь ваших русских боевых товарищей с первых дней болгарского ополчения, с боёв под Старой Загорой и Шипкой. Вы смело боролись за честь своих матерей, женщин, сестер, за жизнь своих семей, за свободу своего порабощенного Отечества. Во имя самых любящих и святых. Так должно быть и сейчас. Бог повелел нам быть героями!»
Сели на минуту перед разлукой, обнялись и пошли в разных направлениях: Николай — за генералом Скобелевым, по каменной дороге, Коля — после генерала Радецкого, к перевалу Шипка. Еще одна колонна поднялась наверх Балкан — к генералу Святополк-Мирскому, по дороге Трявна-Мыглиж. Аврам ранее назначил его в Ловченско-севлиевский отряд генерала Карцева. Их путь проходил через Троянский перевал — на юг, в Пловдив и Одрин, вместе с отрядом генерала Гурко.
В течение следующих трех дней и ночей зима была безжалостной: температура минус двадцать градусов, ураганные ветры, сугробы более двух метров… «Бог повелел нам быть героями», — сказал им генерал.
Колонна генерала Святоплка-Мирского обогнала их. Они пошли по каменистому пути рано утром 28 декабря, когда почувствовали порох орудий, выстрелы и увидели окутанные дымом редуты при Шейново. Вскоре и они вступили в бой.
Три километра в диаметре, окруженные двумя оборонительными рубежами – курганами и глубокими рвами, – Шенявский укрепленный лагерь Центральной турецкой армии казался неприступным. За второй линией от кургана Косматка возглавил военные действия Вейсель-паша. Восемьдесят три орудия били смертельными очередями во всех направлениях. Двадцать пять турецких отряда вели борьбу между жизнью и смертью. Недалеко две тысячи русских и болгар лежали мертвыми. Небо скрывалось в облаках дыма, а снег был красным от крови и покрыт трупами. «Бог повелел нам быть героями!»
В полдень в бой включилась центральная колонна. Это была николаевская дружина.
Враг сломлен!
В конце дня 28 декабря Вейсель-паша взмахнул белым флагом и сдался.
Радость была неописуемая. Летели шапки, оборванные и окровавленные солдаты обнимались и целовались, кричали «Ура»! Дорога в Константинополь свободна! Болгария уже свободна!
Более пяти тысяч тел русских и болгар быстро остыли, превратившись в куски льда — такие же твердые, как камень, как это было на земле Казанлыкских кладбищ, на которых местные жители отбивали и хоронили мертвых за неделю.
Четыре тысячи солдат султана остались в окопах. Непогребённые.

¹ренегат – христианин обращённый в мусульманина.

_____

Славным солдатам  русско-турецкой войны посвящается

Дым, пули, шум картечи,
и шпаги наголо.
Война за крест извечна,
ах, сколько полегло…

Вон тянут пушки в горы,
пурга, метель, – кошмар!
Здесь порох, там заторы,
горит войны пожар.

Хоть, тиф гуляет, холод,
у смерти жизнь в залог,
в селеньях страх и голод,
солдат терпеть всё смог.

Враг мусульманский ловок,
Аюб-паша хитёр.
Наверх без остановок, –
и туркам нос утёрт!

Под гору катят ядра,
славянское: «Ур-р-ра!!!»
Там генералы рядом,
и Божий перст – пора.

За прах солдат на склонах,
в церквях свечу зажжём…
За славу и знамёна, –
ракии подольём!

Январь 2019 г., Лобня

© Copyright: Лариса Литвинова

Ссылки на сайты о картинах В.Верещагина
«Верещагин: послание человечеству».
«РУССКО-ТУРЕЦКАЯ ВОЙНА В КАРТИНАХ РУССКИХ ХУДОЖНИКОВ».

Выполнить цель, которой я задался, — писал Верещагин, — дать обществу картину настоящей неподдельной войны нельзя, глядя на сражение в бинокль из прекрасного далека, а нужно самому все прочувствовать и проделать, участвовать в атаках, штурмах, победах, поражениях, испытать голод, болезни, раны. Нужно не бояться жертвовать своей кровью, своим мясом, иначе картины мои будут не то”.

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Запись опубликована в рубрике ГРАЖДАНСКАЯ ПОЭЗИЯ, НАШЕ ТВОРЧЕСТВО, ПУБЛИЦИСТИКА с метками , , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

5 комментариев: Славным солдатам. Л. Литвинова

  1. Людмила говорит:

    Очень все впечатлило, Лариса! И все ко времени к тому ж. Замечательно просто!

  2. admin говорит:

    Ларис!
    Очень интересно и я соглашусь с Людмилой — к месту!
    Я тут почитала биографию В. Верещагина и узнала, что оказывается его едиственный внук был усыновлён младшим сыном Ф.Н. Плевако… А ведь известный всем нам лобненец Николай Павлович Плевако связан родством со знаменинтым адвокатом… промыслительные сплетения и совпадения…

    • Лариса говорит:

      Ой, как неожиданно и интересно! Далёкое оказывается близко. Здорово.

    • Евграф говорит:

      Откуда известно про это родство? Мне известно, что это однофамильцы были?!
      Е.Р.

      • admin говорит:

        https://i-a-simonova.livejournal.com/79060.html
        — по одному из комментариев под этой статьёй выходит, что прадед нашего Н. Плевако и отец знаменитого адвоката Федора Никифоровича Плевако — родные братья. Отсюда и родство. Автор статьи о Николае Плевако — его племянница.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *