Полёт на планере. Проза А. Крохина

В свободном полёте

В свободном полёте

О том, что авиатрисы летом намечают полёты на планерах и прыжки с парашютом, я знал с самого начала весны. Мне тоже хотелось вновь полетать на планере, об этом я давно мечтал. Замечательный советский и российский планерист Панафутин Владимир Юрьевич, однажды, предложил мне поехать с ним на аэродром Усмань, в Воронежскую область, вспомнить молодость и полетать на планере. Он там работает лётчиком-инструктором, часто на крупных соревнованиях по планерному спорту назначается Главным судьёй. Мы с ним знакомы давно. В 1972-ом и в 73-ем годах, встречались на Всесоюзных соревнованиях в Орле. Поездка в Усмань сорвалась, так как я заболел и попал в больницу. Позже, было уже неудобно просить его взять меня в Усмань.
Тем не менее, лето перевалило на вторую половину, и я был в ожидании предстоящей поездки на аэродром вместе с ветеранами-авиатрисами.
Гидрометцентр ежедневно, в течение двух недель, предупреждал москвичей об ожидаемых сильных дождях, грозах и порывистых ветрах до 12-17 м/сек. А тут, мой воронежский друг, поэт Николай Ашуров, используя своё свободное время, написал стихотворение на злобу дня. Приведу лишь несколько строк из этого стихотворения, они-то как раз, на мой взгляд, в полной мере отражают и моё состояние в эти дни:

Который день куражится погода,
До капли отжимая облака,
А мы привыкли в это время года
На солнышке отлёживать бока.

И грязно-серый цвет сырого неба
Всё тщится сумрак в душу приволочь,
Как злобный призрак, вылезший из склепа,
Мои живые мысли гонит прочь.

Н. Ашуров – прекрасный поэт, и стихи его всегда точные, острые и меткие. В хорошую погоду, Николай, прихватив свой фотоаппарат с мощным объективом, с утра до вечера «гоняется» за птицами и животными по всей Воронежской области, только ради того, чтобы сделать очередной уникальный кадр. Его великолепным снимкам мог бы позавидовать любой профессиональный фотограф.
Жаркой летней погоды на июль никто не обещал. Значительному росту температуры мешала сплошная облачность, ограничивающая дневной прогрев почвы. Но, к 25 июлю атмосферное давление начало расти, в облаках стали появляться просветы, и на ближайший день прогнозировался только небольшой кратковременный дождь.
Пришло сообщение от методиста Союза «Авиатриса» Татьяны Владимировны Масловой, что поездка на аэродром Щёкино в Клинский район всё же состоится. Сбор 27 июля, в восемь часов утра, у метро «Планерная». Появилась надежда, что в этот день погода будет хорошей, тёплой, с небольшим ветром. Подробности поездки я решил выяснить у Синёвой Татьяны Васильевны.
Татьяна Васильевна, так же, как и я, с юношества занималась планерным спортом. Окончила Московский авиационный технологический техникум и работала начальником сектора в службе кадров ФГУП Российской самолётной корпорации «МиГ» и является членом Совета Союза «Авиатриса». Она подтвердила, что собираемся у метро в восемь часов утра. Заказан микроавтобус и одно место для меня забронировано.
Полетать на планере я не надеялся, но как писатель и публицист, очень хотел провести на аэродроме субботний день среди своих друзей лётчиков, написать о них статью, или рассказ. Прошло более сорока лет, как я не летал на безмоторных летательных аппаратах, но душа и тело пожилого лётчика-планериста стремились, если не подняться в небо, то хотя бы посмотреть, как летают спортсмены сейчас, услышать характерный рокот легкомоторных самолётов, почувствовать аромат аэродромной травы и запах авиационного бензина.
Завёл будильник на 5 часов утра. Заснул сразу и крепко, а под утро привиделся мне сон, будто я оказался на каком-то аэродроме, сижу в «квадрате»¹, наблюдаю за взлётом аэропоезда², и чувствую, что кто-то кладёт мне на плечо руку. Оборачиваюсь, а это Халидэ Макагонова, президент Союза «Авиатриса». Тут она и спрашивает:
— А вы уже отлетали?
— Нет, — говорю, — я же не член вашего Союза.
— Ну, и что? Подождите минутку, сейчас разберёмся.
Я мгновенно проснулся, часы показывали около пяти часов. Странный сон, — подумал я. Но в душе появилась смутная надежда, что всё-таки, какие-то случайности, или обстоятельства вмешаются в события сегодняшнего дня, и я смогу разок слетать на планере.
На небе не было ни облачка. Светило солнце. Погода обещала быть лётной, и я начал собирать свой рюкзак. Фотоаппарат, видеокамера, еда на весь день – всё на месте. Взгляд упал на лежащие в коридоре три упаковки моих книг, с рассказами о планерном и парашютном спорте, о выдающихся лётчиках, о службе в Воздушно-десантных войсках. Название книги — «Поднебесные истории», изд. М.: ООО «Буки Веди», 2017. Когда-то, я эти книги приготовил для поездки на аэродром «Усмань», хотел подарить воронежским спортсменам-авиаторам, но поездка тогда не получилась.
— Вот! – В голове слово «Вот» прозвучало как архимедово «Эврика». — Подарю-ка одну упаковку щёкинскому коллективу лётчиков и планеристов.
Недолго думая, засунул упаковку в рюкзак. Вес рюкзака оказался внушительным, всё-таки двадцать книг. Немного подумав, положил ещё одну книгу для Агнии, маленькой внучки Любови Александровны Рыловой.
9-го мая 2019 года, на празднование Дня Победы в саду «Эрмитаж», неутомимая Агния склеила из бельевых прищепок и плоских палочек от «эскимо» замечательные самолётики и подарила их всем присутствующим авиаторам. Когда она положила передо мной самолётик, я пообещал подарить ей свою книгу с цветными вкладками «Легенда у нас дома». Содержание книги – о путешествиях, о природе, о певчих птицах нашей Родины. Места в рюкзаке для зонтика не осталось. Да, и зачем он? Судя по прогнозу, дождя сегодня не будет.
Приехал на станцию метро «Планерная» рано, увидел впереди знакомую фигуру с рюкзаком на спине, а в руках палки для «шведской» ходьбы. Это вышла из вагона метро Ольга Евгеньевна Борисова, тоже в молодости летавшая на планерах и самолётах в 1-ом Московском аэроклубе. До ухода на пенсию занималась обработкой данных лётных испытаний в ГЛИЦ ВВС им. В.П. Чкалова. Я окликнул её, и по эскалатору мы поднимались уже вместе.
На площадке у метро стоял микроавтобус, и, несмотря на то, что мы пришли на двадцать минут раньше назначенного времени, около него стояли несколько авиатрис с детьми, внуками и внучками. Вскоре подошли и остальные ветераны, мы сели в автобус и поехали в сторону Ленинградского шоссе.
Я расположился на широком заднем сидении. С этого места мне было видно всех попутчиков. Многие были возбуждённые, в дороге вели нескончаемые разговоры между собой на самые разные темы. Смотрю на них, размышляю: — Вот они, уже немолодые, но до сих пор неунывающие и активные женщины, а сколько в их авиационных биографиях было интересных событий, не счесть. У каждой сложилась своя собственная судьба, но любовь к авиации осталась в их сознании и в сердце. Вот и сейчас, они отложили свои домашние и прочие дела и едут на аэродром. Небо — это своего рода наркотик. Кто хоть раз самостоятельно поднимался в небо, своё стремление и любовь к высоте, полёту, сохранит на всю жизнь.
Другой немаловажный фактор – авиационная солидарность и дружба. Авиационная дружба основана на доверии. Именно доверие делает дружбу прочнее, укрепляет её. На такую дружбу не влияют время и расстояние. Люди могут разговаривать друг с другом лишь изредка, быть в разлуке в течение многих лет, но все равно оставаться очень близкими друзьями. Подобное постоянство в дружбе – отличительная черта подавляющего большинства авиаторов.
Авиатрис приглашают в школы, они встречаются с молодёжью, увлекательно рассказывают об авиации, о своём пути в небо, ведут большую общественную работу.
Светлана Фёдоровна Шевцова, например, прыгала с парашютом, совершила 200 прыжков, летала на спортивных самолётах. Является мастером спорта по высшему пилотажу. Окончила лётную школу в Калуге. В гражданской авиации летала на самолёте АН-2, пилот самолётов-лабораторий ИЛ-14 и АН-24 Быковского авиаотряда. Незаурядная личность. О её лётно-испытательной работе можно хорошую книгу написать.
С Раисой Григорьевной Танич я познакомился на праздновании 25-летия основания Союза «Авиатриса». На мой вопрос: — «Не является ли она родственницей композитору Михаилу Таничу?» — ответ был отрицательным. Оказалось, что они всего лишь однофамильцы. Раиса Григорьевна – в молодости освоила несколько типов спортивных самолётов и летала на планерах. Участвовала на всесоюзных и международных соревнованиях. Окончила институт текстильной и лёгкой промышленности. После, работала в одной Чешской фирме заместителем Генерального директора. Сейчас на пенсии. С собой на полёты взяла внука Никиту и десятилетнюю внучку Софию. Никиту я не видел года два, а за это время, он сильно вырос и возмужал, перешёл на последний курс в Московском кадетском корпусе Героев Космоса. Раиса Григорьевна им очень гордится.
Лётные биографии многих ветеранов в чём-то схожи, особенно в начальный период их деятельности в авиации.
Впереди слева сидит с дочерью Сорокина (Судец) Татьяна Юрьевна. Она летала во 2-м Московском аэроклубе на планерах, прыгала с парашютом, но жизненный путь выбрала не авиационный. Сначала служба в МВД, затем, в группе уголовного розыска ОМОН и так, 30 лет были отданы охране общественного порядка. Её дед – знаменитый Маршал авиации Владимир Александрович Судец – Герой Советского Союза, командующий Дальней авиацией ВВС СССР (1955—1962), Главнокомандующий Войсками ПВО СССР — заместитель министра обороны СССР (1962—1966). На полёты Татьяна Юрьевна едет с дочерью Ирой. Ира всю свою жизнь хотела подняться в небо и, наконец, сегодня, скорее всего, ей удастся осуществить давнюю мечту.
А вот и Федотова Людмила Александровна. Её лётная биография тоже начиналась с полётов на планере. Затем освоила спортивный самолёт ЯК-52. В настоящее время – член Совета Союза «Авиатриса», выполняет обязанности главного бухгалтера.
На переднем сидении, рядом с водителем пристроилась Любовь Александровна Рылова. Зная, что я поеду с ними на полёты, принесла мне несколько фотографий и вырезку из газеты о своём первом инструкторе-наставнике — Тамаре Загайновой. Я хорошо знал Загайнову, неоднократную чемпионку Советского Союза и России по планерному спорту и, в свою очередь, показал Рыловой несколько фотографий, где я вместе с Тамарой в Орле, на аэродроме «Пугачёвка». Во время недавней беседы с Любовью Александровной выяснилось, что у нас очень много общих друзей и знакомых. Любовь Александровна, летала командиром экипажа на самолёте АН-2 и вторым пилотом на самолёте ТУ-134. Труден был её путь в авиацию.
Сначала летала на планерах в Йошкар-Олинском аэроклубе. Обучала её, как я уже отметил, Тамара Загайнова. Затем начались мытарства с поступлением в лётное училище. То возраст не подходил, то, часов налёта было маловато, то, документы не те, то, бумаги те, но не все и т.д.. Только с третьей попытки ей удалось поступить в ЦОЛТШ в Калуге. Тяга к учёбе была огромной, и Люба с отличием окончила лётную школу. У Любови Александровны две дочери и сын, любит внука и четырёх внучек и помогает детям их воспитывать. Сын пошёл по стопам матери, летает на самолёте «Боинг-737».
Слева от меня, у окна дремлет Меньшенина Лидия Николаевна. В молодости летала в аэроклубе на планерах, освоила несколько типов самолётов, была лётчиком-инструктором Чебоксарского аэроклуба. Окончила ЦОЛТШ в Калуге. После, перешла в Гражданскую авиацию, летала на самолётах АН-2 и ЯК-40. Окончила Ленинградскую академию гражданской авиации.
А вот и аэродром. Вышли из машины. Впереди большое лётное поле. Полёты идут полным ходом. Аэропоезда взлетали, шли по кругу и на высоте 300 метров, почти над самой нашей головой, планера отцеплялись от самолёта-буксировщика. Метрах в пятидесяти от нас стоял самолёт «Вильга — 35» с работающим двигателем. Капот с двигателя был снят. Скорее всего, из-за жаркой погоды, чтобы улучшить охлаждение мотора. Лётчик менял обороты, прогревал двигатель до нужной температуры. Через некоторое время, двигатель взревел, самолёт стронулся с места и покатил по полю, слегка покачиваясь, к месту старта.
Халидэ дала команду всем снова сесть в автобус, и мы поехали по полю вдоль полосы, ближе к месту старта.
Около взлётно-посадочной полосы стояла с двух сторон открытая синяя палатка, внутри неё столик, а за столиком сидел руководитель полётов с рацией. За палаткой в ряд выстроились с десяток автомобилей и два мотоцикла. Немного подальше двумя аккуратными рядами были пришвартованы различные типы планеров, среди них несколько более современных, с Т-образным оперением.
К полётам готовились молодые ребята. Один парень уже отлетал и делился с друзьями своими ощущениями. Слышу по рации голос инструктора: — «Всем внимание! Курсант выполняет первый самостоятельный полёт». Подрулил самолёт, и аэропоезд пошёл на взлёт. Первый самостоятельный полёт юноша выполнил успешно, но во втором, набрав высоту примерно пятьдесят метров, планер самопроизвольно отцепился от самолёта. Пилот грамотно справился с проблемой, развернулся на 180 градусов и успешно приземлился на аэродром.
Наша группа стояла около палатки и наблюдала за полётами. Солнце светило ярко и мы не сразу находили силуэт планера в светло-голубом небе. Особенно красочно смотрелся серебристый планер, пролетающий на траверсе между вторым и третьим разворотом, над полосой тёмно-зелёного леса и на фоне белых шапок облаков.
Выкатили ещё один планер. Прозвучала команда: — «Подготовиться к полёту Борисовой Ольге Евгеньевне». Она подошла к планеру, ей помогли надеть парашют, подогнать лямки по размеру тела и посадить в переднюю кабину. К планеру подцепили фал и самолёт начал выбирать слабину. Фал натянулся как струна, сопровождающий поднял руку и аэропоезд с нарастающей скоростью устремился вперёд, а затем взлетел.
Я, тем временем, фотографировал своих друзей, которые готовились к полёту в порядке своей очереди и взлетающих. Снимал на видео всё, что могло бы мне пригодиться при монтаже видеоклипа о сегодняшнем лётном дне.
Вдруг вижу, что у палатки, рядом с Халидэ стоит Сергей Васильевич Рябчинский и они о чём-то беседуют. Я подошёл, мы поздоровались. Сергея не видел с ноября 2013 года. В тот год мы отмечали 90-летие Планерного спорта в ДК Московского авиационного института. Сергей Рябчинский возглавляет Федерацию планерного спорта России, является спортсменом планеристом самого высокого класса, имеет множество рекордов.

Сергей Рябчинский и Фёдор Конюхов в экспериментальном самолёте «Летающая Лаборатория»

Сергей Рябчинский и Фёдор Конюхов в экспериментальном самолёте «Летающая Лаборатория»

Три недели назад, он летал вместе с легендарным путешественником Фёдором Конюховым на уникальном летательном аппарате — «Летающая Лаборатория» из Подмосковного аэродрома «Северка» в Евпаторию (Крым).
«Летающая Лаборатория», создана специально для отработки технологических решений, которые будут применяться при строительстве рекордного самолёта для кругосветного полёта на энергии Солнца. Самолет «Летающая Лаборатория» оборудован гибкими солнечными модулями отечественного производства и системами накопления энергии. Задача полёта – провести испытания работы солнечных модулей на разных высотах, под разными углами к солнцу и в различных географических широтах (от 56-го градуса (Московская область) до 45-го градуса (Евпатория)).
Халидэ представила нам молодую лётчицу Зиновьеву Ладу Сергеевну.
— Лада хочет вступить в наш Союз, — сказала она и, обращаясь к Синёвой Татьяне Васильевне, добавила, — примите от неё заявление, заполните бланки и выполните прочие формальности.
Я задал Ладе несколько вопросов:
— Расскажите о себе.
Девушка слегка засмущалась.
— Я и не знаю что рассказывать. Я начала летать в прошлом году, на самолётах.
— На каких?
— Училась на самолёте «Цессна». В начале этого года получила Пилотское удостоверение на легкомоторный самолёт, а весной пришла летать на планерах и осталась здесь учиться. Сейчас летаю на самолёте и на планере.
— Я тоже летал на самолётах, но скажу, что планерный спорт – это самое прекрасное, что может быть в авиации. А как вы пришли к решению стать пилотом? В вашей семье есть лётчики?
— У меня папа пилот-планерист, живёт в Ульяновске. Летать начал на Украине, потом уехал в Россию и летал в Ульяновском аэроклубе, освоил самолёт. Мне тоже захотелось подняться в небо и стать пилотом.
— А с парашютом прыгали?
— Один только раз.
— Ну, что ж, желаю вам добиться своих целей, а в дальнейшем стать хорошим лётчиком и даже космонавтом.
— Спасибо!
Тем временем, наши ветераны-авиатрисы занимали места в планерах и совершали полёты. Выполнила ознакомительный полёт Катя, дочка Татьяны Васильевны, а затем тринадцатилетняя внучка Таня. Пару недель назад Таня совершила парашютный прыжок с самолёта. Вот, что она рассказала о своих впечатлениях во время прыжка:
— Когда мы приехали на аэродром, я сразу почувствовала теплую и дружественную атмосферу между людьми, они приветливо улыбались и поддерживали меня. Моё желание прыгать сразу возросло в несколько раз. Мне очень повезло с инструктором. За его умение успокоить и поднять настроение, отдельное спасибо! Я спросила у него: — «можно ли кричать?», он ответил: — «кричи, все равно никто не услышит». Во время свободного полёта, на миг мне показалась, что небо — это мой второй мир, где я себя чувствую свободной и вольной птицей! Когда мы приземлились, я не могла сказать ни слова, потому что было очень много эмоций и восторг.
Таня осталась в полном восторге и от полёта на планере.
Следом полетела Меньшенина Лидия Николаевна. За ней, отдав мне свой фотоаппарат, заняла кабину Татьяна Владимировна Маслова. Татьяна Владимировна, так же, как и я, не летала на планерах более сорока лет. Выражение её лица до, а особенно после полёта, само говорило об удовлетворённости и прекрасном настроении больше, чем все произнесённые слова.
Татьяна Владимировна – мастер по вертолётному спорту, лётчик-инструктор. Освоила вертолёты МИ-1 и МИ-2. Окончила МАИ. Написала автобиографическую книгу «Противостояние предначертанной судьбе». Интересная книга об авиационной спортивной жизни студентов МАИ, с множеством фотографий. Для меня эта книга была очень ценным подарком. Татьяна Владимировна ещё и администратор сайта «Союз женщин лётных специальностей «Авиатриса», летописец Союза, участвует в составлении фототеки «Вся Россия в лицах и фотографиях».
Все ветераны получили большое удовольствие от полётов, снова, как и прежде, почувствовали радость свободного полёта. И, как я понял, инструктора давали возможность каждому управлять планером, как при полёте на буксире, так и в планирующем полёте. Мы их поздравляли и радовались вместе с ними, как дети.
Между тем, земля прогрелась, стали появляться небольшие кучевые облака, планеристы всё чаще и чаще стали выполнять спирали в восходящих потоках и набирать высоту.
Подходит ко мне Маслова и говорит:
— Халидэ сказала, чтобы ты приготовился к полёту. Как только приземлится планер Анны Цымбал, так сразу беги к ней в кабину, да не забудь заранее надеть парашют, а то график полётов очень плотным, и у планера нельзя терять время на эту процедуру.
Я был счастлив от такого поворота событий и глубоко благодарен Халидэ Макагоновой. Не теряя времени, начал искать свободный парашют. Мне подсказали, что он лежит в кабине планера, у которого с неисправен замок отцепки.
Как только планер Анны после посадки остановился, я подошёл к нему. Анна сидела в задней кабине и улыбалась. Увидев моё стремление сесть быстрее в кабину, сказала:
— Залезайте осторожнее, и не слишком вставайте на сиденье в полный рост, а то парашютом фонарь можете повредить.
Я удобно сел, пристегнулся, фотоаппарат положил на колени.
— Сколько лет вы не летали на планере? – спросила Анна.
— Сорок два года. – отвечаю.
— Тогда взлетать буду я.
Разумеется, я воспринял её слова, как должное. Длительный перерыв, особенно такой большой как у меня, при пилотировании может привести к непоследовательности действий, и возраст тоже сказывается, когда мозги и тело начинают работать несогласованно. Снял ноги с педалей, колени слегка раздвинул к бортам планера, чтобы не мешать управлению и приготовился снимать на видео взлёт.
Мы закрыли фонарь, подрулил самолёт-буксировщик. Сопровождающий подцепил фал к замку планера, поднял крыло, и мы начали разбег. Непосредственно перед полётом, заметил, что рычаг выпуска закрылков подвинулся назад. Закрылки выдвигались для того, чтобы планер оторвался от земли на меньшей скорости. После взлёта закрылки были убраны.
Набрали высоту метров пятьдесят, Анна предложила мне взять управление и продолжать набор высоты за буксировщиком, что и было с благодарностью принято. Ощущения были такие, словно я снова стал молодым пилотом, за всё время буксировки старался удержать крылья самолёта-буксировщика по линии горизонта, точно выполнять за самолётом все повороты.
Развившиеся восходящие потоки стремились подбросить сначала самолёт вверх, а затем, через несколько мгновений и планер. Я инстинктивно раньше времени брал ручку на себя и сразу оказывался несколько выше самолёта и, наоборот, при попадании самолёта в нисходящий поток, я отдавал ручку от себя и оказывался ниже. Всё же, через некоторое время, мне показалось, что я начал справляться со своими инстинктами. Набрали высоту 400 метров, самолёт покачал крыльями, и Анна дёрнула рычаг отцепки. Я отвернул немного влево.
— Видишь аэропоезд слева? – спросила Анна.
Я посмотрел налево, но ничего не увидел.
— Выше смотри.
— Вижу!
Метров на 200 – 250 выше нас аэропоезд набирал высоту. «В зону летит, наверно на парение затаскивает планер. — подумал я.
Тем временем появился хороший восходящий поток, стал выполнять спираль, попытался определить его центр, но вскоре выскочил из потока. Скорость снижения 4 метра в секунду. Снова нашёл этот поток, но всё повторилось. Немного вытянул спираль. Так, поднимаясь вверх, мы набирали высоту.
— Справа впереди видите Солнечногорск?
— Да, вижу. – ответил я.
— А слева по курсу на горизонте Клин. До него 20 километров.
Город Клин просматривался, но нечётко, мешала дымка на горизонте. Я смотрел вниз, на аэродром, на причудливые изгибы Истринского водохранилища, на леса, поля и сёла и снимал эту природную красоту на видео.
— Ручкой управления работаете нормально, — услышал я комментарий своего инструктора, а вот ноги ваши, как-то нежно работают с рулём направления. Плавно, но энергичнее надо работать ногами. Видите, нитка отклоняется от оси.
Красная нитка крепится к стеклу кабины ровно по центру, и её отклонение вправо или влево показывает то же, что и шарик на приборе поворота и скольжения, но точнее.
Я и сам чувствовал, что многие мои лётные навыки со временем притупились. Ноги, действительно, стали «ленивыми» и мышечная память явно ослабла.
Тут мне вспомнилась популярная довоенная песенка качинских курсантов-лётчиков:

Трудно как в центре мне шарик держать,
При сносах скольжение вечно.
О, если я буду так дальше летать,
В пехоту отчислят, конечно.

Отчислят, наверное, шарика нет,
Злодей в вираже ускользает.
Товарищ инструктор, открою секрет,
Что шарика мне не хватает.

— Видите облачко впереди левее, пойдёмте к нему, поток прямо перед ним, по ветру.
Стрелка вариометра поползла вверх. Высота 650 метров. Мелькнула мысль, ещё раз попробовать определить границы потока, но голос инструктора вернул меня в реальность:
— Время нашего полёта истекает, хотелось бы, конечно, ещё попарить, но пора идти на посадку, на очереди ещё много спортсменов. Свои 15 минут мы уже отлетали.
Анна взяла управление на себя и планер начал интенсивное снижение. Скорость 100 километров в час, снижение 5 метров в секунду, подлетаем к третьему развороту, летим прямо, четвёртый разворот, точно выходим в створ посадочной прямой. Четвёртый разворот выполнили над лесом, поэтому высота была несколько большей. Над лесом, как всегда, образуются сильные нисходящие потоки и этот фактор необходимо учитывать.
Интерцепторы выпущены, планер точно по глиссаде снижается в точку начала выравнивания. Это два метра от земли. Ручку немного на себя, планер выравнивается и касается поверхности одновременно колесом и хвостовым костылём. После небольшой пробежки остановились, левое крыло легло на землю.
Я вылез из кабины, поблагодарил Анну за полёт, сфотографировался с ней, на память. Она пообещала прислать по почте несколько фотографий, отснятых на мобильный телефон во время полёта. Забегая вперёд, скажу, что слово своё она сдержала.
Пора рассказать о самой Анне Анатольевне Цимбал. Летать она начала на вертолёте МИ-2 в Центральном аэроклубе им. В.П. Чкалова. Окончила Волчанское авиационное училище лётчиков, работала лётчиком-инструктором на вертолёте МИ-2 в 1-м Московском городском аэроклубе. Окончила МАИ и работала инженером-конструктором по вертолётостроению в ЦАГИ. Кроме того Анна прекрасный художник. Сейчас работает лётчиком-инструктором-планеристом в Щёкинском аэроклубе.
С Аней последний раз я встречался год назад на Совете Союза «Авиатриса», куда был приглашён в качестве друга и фотографа. Новая наша встреча, для меня была куда более интересней, чем предыдущие. Я почувствовал в нашем совместном полёте её твёрдую руку, мастерство пилотирования, доброе отношение и отзывчивость.
Говорят, что нельзя вернуться в прошлое. Сегодня понял, что это утверждение неверное. Я возвратился в прошлое, хотя бы на короткое время, был там, и смело могу утверждать, что это действительно возможно. Оказывается, моё подсознание столь же свободно, как ветер, и может эффективно преодолевать преграды времени. Подсознание, мышечная память, «Петля времени», «Машина времени»… Какая физическая связь между этими понятиями? Эх! Лучше не думать об этом, не забивать себе голову квантовой теорией, голографическими полями и прочими гипотезами, а принять свершившийся факт целиком, без всякого анализа.
Для нас полёты закончились, и мы поехали на угол аэродрома, где находился недостроенный домик с огромной верандой. На веранде стояли два длинных стола и скамейки. Мы вытащили из своих сумок и рюкзаков всё съестное. Еды оказалось очень много.
Подъехал легковой автомобиль. Водителем оказалась Нина Анатольевна Уретя. Подруги, поприветствовав её, начали шутить:
— На полёты опоздала, зато к столу приехала вовремя.
— В самый раз, — парировала Нина Анатольевна, — на самолётах я летала много, а вот к столу я всегда успеваю. Нутром чувствую застолье, но главное — я рядом с вами.
Нина Анатольевна, как и многие здесь присутствующие, начинала свою лётную биографию с аэроклуба. Освоила самолёты ЯК-18А и Z-326. В 1971 году окончила Калужское ЦОЛТШ и стала пилотом Гражданской авиации. Летала сначала на АН-2 в Туле, затем на двухмоторном самолёте АН-24 в Быково. Член Совета «Авиатриса» и нашего Шереметьевского клуба «Экипаж».
Пообедали. Подъехали Сергей Рябчинский и Анна Цимбал. Мы чуть ли не хором благодарили их за сегодняшний чудесный день. Я подарил свои книги лётчикам и спортсменам Щёкинского аэроклуба. Подошло время попрощаться с гостеприимными друзьями.
Татьяна Васильевна Синёва пригласила нас всех к себе на дачу в Солнечногорск. Часть людей, сославшись на срочные и неотложные дела, решили ехать домой. Мы приехали в Солнечногорск, вышли из автобуса у ворот дачи Татьяны Васильевны, а автобус с оставшимися пассажирами покатил в Москву.
Анатолий Николаевич, муж Татьяны Васильевны, нас уже поджидал. Ветерок доносил из глубины двора запах поджаренного мяса. Участок поразил меня хорошо продуманным дизайном, газоны сверкали на солнце свежей зеленью коротко подстриженной травы. Неплохо смотрелись ровные дорожки, покрытые плиткой. Нас встречали декоративные кустарники, цветущие клематисы и множество цветов. Яблони и груши гнулись под тяжестью плодов. Катя и её дочь Таня накрывали стол в беседке, обвитой виноградником. Рядом с беседкой, в зелёни и цветах, притаился небольшой декоративный прудик. Справа от прудика вальяжно сидели на скамеечке две большие зелёные лягушки. Красота! В общем, день начался хорошо и заканчивался тоже неплохо.
Домой я приехал, когда на землю уже опускались сумерки.
Чтобы поставить последнюю точку в этом рассказе, мне необходимо поведать о самом главном организаторе сегодняшней поездки. В своих предыдущих статьях я писал о Президенте Союза женщин лётных специальностей «Авиатриса» Халидэ Хусяиновне Макагоновой. Лётный талант и общественная деятельность, этой уникальной женщины безграничны. Халидэ – абсолютная чемпионка Мира и Европы по высшему пилотажу. Заслуженный мастер спорта. Различных титулов, спортивных и Правительственных наград трудно сосчитать. Освоила более двадцати типов самолётов. Демонстрировала высочайшую технику пилотирования на авиасалонах в десятках стран Мира. Как инструктор-лётчик обучила полётам свыше сотни пилотов, в том числе и сборную команду Испании по высшему пилотажу.
Принимала участие вместе с американскими лётчицами в перелёте по маршруту Гризодубовой, Осипенко и Расковой – Москва – Дальний Восток, в честь его 60-летия. Успехи Халидэ в авиации я начал прослеживать с восьмидесятых годов. Организация, которую она возглавляет, создавалась в трудное время, когда лётчицам надо было объединиться, так легче было выжить. После того, как развалили СССР, в Стране царил беспредел, развал промышленности и сельского хозяйства. Аэроклубы закрывались, аэродромы приходили в запустение, авиационную технику растаскивали, лётный состав выживал, как мог, но объединившись в Союзы и Клубы, выжили. В настоящее время авиационные виды спорта, считавшийся в советское время массовым и бесплатным, переживает кризис. Но это отдельная тема.
Халидэ – великолепный организатор, пользуется беспрекословным уважением не только среди авиатрис, но и среди военных лётчиков Страны, правительства Москвы и зарубежных авиационных организаций.
Все годы, с момента создания, Союз «Авиатриса» проводит большую патриотическую и воспитательную работу среди молодёжи, сотрудничает с Комитетом общественных связей Правительства Москвы, оказывает помощь женщинам — ветеранам авиации. С каждым годом деятельность Союза возрастает и в этом огромная заслуга её руководителя.

Видео А. Крохина Полёты на планерах 27.07.2019

Июль 2019 года

¹ «Квадрат» — место, огороженное красными флажками 10Х10 метров, предназначено для нахождения всех людей, непосредственно не занятых в организации полётов.
² Аэропоезд – состав одного или более планеров, буксируемых за одним самолётом.

© Copyright: Александр Крохин

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Запись опубликована в рубрике НАШЕ ТВОРЧЕСТВО, ПРОЗА с метками , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

9 комментариев: Полёт на планере. Проза А. Крохина

  1. Людмила говорит:

    Александр Николаевич, написала Вам восторженный отзыв, который оказался под миниатюрой Ларисы Литвиновой! ….

    Перенесено(!!!) Ну, Александр Николаевич, Вы даёте! Даже зависть берет! Наверное, это особая порода людей — авиаторы. Как же здорово и интересно, и написано прекрасно, и фото чудесные!

    • admin говорит:

      Людмила, я сейчас переброшу ваш комментарий сюда,ну, и удалю «дубли»))
      Кстати, присоединяюсь к восторженным словам!
      Александр Николаевич, действительно — просто супер!
      Мне довелось только однажды летать на небольшом самолётике… не знаю, как он называется))) Нууу… с моим вестибулярным аппаратом не забалуешь, но понравилось, конечно!)))

      • Александр Крохин говорит:

        Самолётный спорт прекрасен высшим пилотажем, а полёт на планере — это искусство без мотора набирать высоту и лететь на большие расстояния до намеченной цели. Жаль, что вы не дали ссылку на видео.

    • Александр Крохин говорит:

      Спасибо, Людмила Васильевна! Воспользовался случаем, чтобы рассказать о моих друзьях авиатрисах, так же, как и я, давно не летавших на планере, ну и вложил свои собственные впечатления от проведённого дня.

  2. Светлана Наумова-Чернышова говорит:

    Я тоже в полном восторге от рассказа! Энергетика от него бешеная!

    • Александр Крохин говорит:

      Светлана, энергетикой я зарядился от космонавта-испытателя Сергея Ивановича Нефёдова, Героя России. Его в своё время, заряжал Юрий Алексеевич Гагарин, часто обнимая за плечи. Вот и я, положив руки на плечо Нефёдова, надолго зарядился, чтобы сделать не менее 100 оборотов вокруг Солнца. Жаль, что эту фотографию нельзя показать в комментариях.

  3. Альбина говорит:

    Александр Николаевич, вы смелый, удивительный человек! Здорово! Прочитала на одном дыхании! Завораживают ваши рассказы!

  4. Александр Крохин говорит:

    Спасибо, Альбина! Я рад, что вам понравилось. Я как тот казах,что вижу, о том и пою.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *