Пишут друзья. Её Величество Подводная Лодка «Орёл» и её мужчины. Проза Л. Сикорской

«Люди говорят часто о людях, событиях, но реже о мечте и  идее»

lodka-1.

Прошли мы многое с тобой.
Видали  то, что и не надо.
В моря ходить – забыть покой,
Всё понимать от взгляда.
Терпеть, не спать, про свет забыв,
Сознанием принять «отшельность».
Устав, молитвой заменив,
Где в каждом слове – зрелость.
По пояс в ледяной воде,
А, то, как в бане весь в парилке.
Но шаг за шагом —  и к мечте,
Расслабясь  на побывке.
Зачем на Флот? Зачем сюда?
Болтаться, как в консервной банке?
Жизнь нам единожды дана,
Зачем года считать по — склянкам!
Ходить к начальству «на ковёр»,
Держать ответ за все огрехи.
Рука крепка и взор матёр,
Приказы щёлкать, как орехи!
Гормоны – лучше промолчать,
Закроем тему, чтоб не вздрогнуть.
Умом, вот это – не понять,
Уж  лучше лишний раз промокнуть.
Так, подытожив, что сказать,
Зачем нам, это всё так надо?
Мы до сих пор хотим понять,
Всю продуктивность мата.
Нам, на земле, покоя нет.
В домах, мы не найдем картины,
Где все собрались на обед,
В пределах субмарины.
Зачем? – всё трудно объяснить.
А мысли шепчут: Значит надо!
Всё это ощутить, прожить,
С восторгом каждого парада!
Где строй за строем! Твёрже шаг!
Где всё надраено до блеска!
Где дружба на таких словах,
Где остальным словам нет места!
Где всё отдашь, и даже жизнь,
За гранью этого предела.
Где друга, жёсткое: Держись —
И вся душа окаменела.
Как, это всё нам рассказать?
А, может, вовсе и не надо?
Вот, если б взять – нарисовать,
Весь экипаж  у лодки рядом…

Этот рассказ немного необычный, потому, как имеет нестандартный подход к повествованию, но он правдивый, произошедший во временном отрезке в тридцать лет.
Я расскажу об истории одной Подводной Лодки и её Экипажа. Они-то у нас будут главными героями, поэтому писать слова «Лодка» и «Экипаж» будем с большой буквы.
Нет, Лодка и Экипаж не прошли «сонар в сонар», то есть вместе, все эти тридцать лет. Они прожили рядышком всего-то небольшую часть  времени, но какого! Ни одна лодка в мире не испытала того, что испытала наша Героиня. Вместе прошли «огонь, воду и медные трубы» и совсем не в «сказочном варианте».
Субмарина – это не какая-то мелкая рыбка, спокойно шарящая в эвфонической зоне, лежащей под залитым солнцем пелагиалью¹. И она совсем непохожа на «жульверновский» «Наутилус», идущий со скоростью 50 узлов,  который нырял на глубину шестнадцать километров. Хотя, где ещё найти такую глубину, если самая большая впадина, Марианская, всего одиннадцать. Но наша — она же особенная!
Хотя, «отцу» субмарин – Ж. Верну, и в голову не пришло придумать такой подводный корабль, который будет не только воплощением технического прогресса своего времени, а может ещё и быть отражением целой исторической  эпохи со всеми признаками живого организма. А наша Лодка, благодаря новому подходу  ко времени, станет гораздо больше, чем подводный корабль.
Внутри будет всё, что нужно для жизни, и что-то особенное, неповторимое, что будет отличать Лодку от всех – это её «кровь», её Экипаж.
Кровь – внутренняя среда организма, от которой зависит всё. По всем законам жития, она требует постоянного обновления и постоянного состава. Вот только представьте себе подводную лодку, по сосудам которой «бегают», выполняя определенную задачу «элементы в форме» (форменные элементы), обеспечивая электролитные показатели, определяющие осмотическое давление для обеспечения основных функций организма: транспортной, защитной и качественной.
«Растягивая» философское повествование при описании Лодки и её Экипажа, я каждый раз нахожу всё новые тонкости, которые больше и больше утверждают мою правоту в сравнениях. Эмоции, как волны захлестывают, что некоторое время приходишь в себя, для продолжения.
Находясь на какой-то немыслимой ментальной связи, неживое роднится с живым, становясь единым существом.
Вот что обозначает слово «Экипаж»? С французского — это «equipage», что означает повозка со «звяканьем подков». Вот! Итак, прошу обратить внимание на первое сравнение. Звяканье подков!
Наша лодка, была заложена 19 января 1989 году в суровую зиму в Поморских краях. Пока «родители» (конструкторы) работали над её «рождением», менялись исторические формации времени.  Она была «ребёнком» проекта 949А, поэтому конструкторами не просматривался «ребёнок индиго».
Два вала, которые вращают гребневые винты, были из отдельных частей, которые скреплялись муфтами и болтами. Они были полыми. В них был засыпан кварцевый песок, чтобы уменьшить шумность. Для таких валов требовались облегчённые винты. Но, «хромосомная наследственность» определила новорожденной новые линии валов со старыми винтами.  В итоге, на рубеже очередной «эволюционной ступени», субмарина приобрела практически «врождённое заболевание» — «сколиоз с признаками артрита». Валы в местах крепления сильно начали кривиться и тереться о стенки, с весьма интересным звуком. Лодку прозвали Ревущая Корова. Корова не корова, а «лосей» она «пасла» и акустики сетовали только на левую сторону.
Так, что если вернуться к «звяканью подков», подводное путешествие, с неисправной системой амортизации, напоминало поездку в скоростном поезде «Москва – Санкт-Петербург» на крыше вагона.
В 1993 году, лодка вошла в семью Краснознамённого Северного Флота.
Насколько она пугала своим «скрипом» Баренцево море, надо спросить наших коллег-подводников, а не испуганных «янки», которые, видимо, побаивались её лязганья,  и по ночам выкрикивая «Roaring Cow», чуть ли не «ахтунг — ахтунг», шарахаясь от любого непонятного звука глубины.
Вот на этом этапе, наша «Ков», решила стать «Игл». То есть, решила поменять имя в «Свидельстве о рождении», на более звучное имя – «Орёл»!
В «подводном простонародии» – «Опель», если читать латинскими буквами. Да, на такое совершенство никогда не осмелился бы сам Адам Опель, когда основал автомобильную корпорацию.
Тут налицо была  смелость Экипажа — поверить в себя до «окрыления»! Ещё бы! «Орлёнок» учится «нырять»!
Даже начальное преображение лодки, заставило недругов «принимать» иммунодепрессанты с антидепрессантами, дабы не получить полное «отторжение» от единой среды обитания.
С перемены имени, субмарина стала менять психопатические рефлексы, становясь лучшей на Дивизии и Флоте.
Экипаж! Авантюрный дух всей команды, его беспредельная романтичность, невероятная дружелюбность, лидерство и стремление к победе, сплотило всех так, что эмпатические волны присутствовали везде! У каждого «элемента» (скажем так), была единая синхронизация нейронной активности в клетках мозга. Невидимой красной нитью были соединены сердца тех, кому было суждено встретиться в этом пространстве, в этом времени и этих обстоятельствах.
Однажды на лекции, Наталья Бехтерева, сказала, что любое вторжение в энергетическое поле, которое создается уникальными личностями, ведёт к тому, что оно расширяется за счёт единого мышления и единой поставленной задачи. В этой команде, даже крыса была уверенна в своей безопасности, несмотря на левосторонний «сколиозный» шум по левому борту. И, имея собственный спасательный круг, этот «индикатор трусости», сто раз подумает, в случае чего: стоит ли суетиться? (хотя, все уверяют, что даже таракан не смел бы проникнуть на борт).

lodka-2.
Самый первый вопрос, который мне сейчас можно задать: «Почему я рассказываю именно о данной Лодке и её Экипаже?».
Есть причина. Есть.
2018 г.
В Питер из Москвы я примчалась быстрее «Сапсана» на котором и ехала. Бывает так, когда мысли там на месте, куда мчишься — ощущения были такие, что ты уже там. Ещё бы, передо мной стояла неимоверная задача: посмотреть первую репетицию парада ко Дню ВМФ в Кронштадте, а потом рвануть на самолёте в Севастополь, чтобы успеть «принять» парад и там. Объяснять, почему я так решила поступить, думаю, думаю, что не стоит (это отдельная история), но отметить, что основной причиной такого путешествия,  была информация из газеты «Фонтанка».
Она рассказала, что открывать парад в Санкт-Петербурге  будут АПЛ «Орёл» и ракетный крейсер «Маршал Устинов». Пресса так же сообщила (но с опозданием), что 19 июля Лодка и Крейсер прибыли в Кронштадт крайними, и принимать участие в первой репетиции не будут. Я была в ужасе, потому, как приходилось откладывать вылет в Севастополь на целых четыре дня, что сокращало пребывание там. Но я не могла не увидеть, не встретить СВОЮ ЛОДКУ, о которой я молила Богу с 2004 года, фактически считая себя в составе её Экипажа. А Ушакова Балка в Севастополе не могла пережить мое отсутствие.
Торжественно разведённые 22 июля Благовещенский, Троицкий и Литейный мосты, ровно в два часа дня плотно сомкнулись обратно, захлопнув мое ожидание. Ну что, подумала: чем томительнее переживания предстоящей встречи, тем радостнее она будет.
Четыре дня с друзьями, пролетели незаметно.
Не буду описывать подробно все приключения за эти дни, но, когда, наконец-то, Лодка показалась, я потеряла земное притяжение. Если бы не курносый мальчишка лет шести в матросском костюмчике, радостно машущий ей флажком, я бы разрыдалась.
Поэтому я сдержалась, чтобы не напугать ребенка. Справившись с эмоциями, я смотрела на Лодку, как на мессию. «ДА СВЯТИТСЯ ИМЯ ТВОЕ…».
Конечно, у кораблей, судьбы часто похожи на людские. По-разному случается. Но судьба нашей была особенно необычной. Видя её издалека, чувствовала, как бьётся сердце в груди, как пульсирует кровь у виска.
Я словно оторвалась от реального времени в пространство воспоминаний.
В своё время, новость, что с затонувшей Лодки «Курск» снимут цельнолитые валы и поставят на «Орёл», я восприняла неоднозначно.
Моряки, обычно суеверный народ, и принять такое решение – стоило, наверное, не одну бессонную ночь раздумий, притом, что наша Лодка, находясь на Губе Окольная, обеспечивала необходимые следственные мероприятия военной прокуратуры, связанные с гибелью К-141 «Курск».
В медицине, такое действие называется – трансплантацией. Сегодня, простое переливание крови, никто не считает чем-то необычным, хотя кровь – это также орган организма. Особенность донорства заключается в том, что идет добровольная отдача живого – живому, не нарушающая биоэтическую сторону вопроса. Конечно, механическая машина – совсем другая система, но никто не отменял в данном случае этику. Но подобные мысли были сначала.
Потом, постаралась по-другому отнестись к своим рассуждениям, вспомнив, как считал Федор Алексеевич Видяев, что если жив флаг, то жив и корабль, потому, как поднятый вновь, он дает продолжение его жизни. Эти мысли стали ключевыми, и цельнолитые валы уже не показались чужеродным элементом, а, наоборот, они давали Лодке новые возможности подкрадывания, которых не имела ранее, даже, если валы с погибшей.
У врачей есть такое понятие – шанс на жизнь. Право на жизнь – это не в прямом смысле право, а шанс. Шанс бороться за жизнь так, как моряки борются за живучесть своего судна, особенно подводники.
Вот, что у меня всегда вызывал восхищение – так это винт!
Лопасти  гребных винтов имеют переменный угол атаки, как и у турбовинтовых самолётов, для повышения отдачи на низких оборотах. Их работа должна быть безупречной на любой субмарине, для выполнения ею поставленной задачи.
У «Орла» появится минимальный «шум крыла» — думала я, и эту возможность даст погибшая лодка! А, может, именно  таким образом и жизнь подводной лодки «Курск» продлится? Но каким бы совершенным не был механизм, самое важное в субмарине – Экипаж.
Мы все в этой жизни живем, как на подводной лодке. Только наша «автономка», не 90 дней, а вся наша жизнь  от первого своего крика и до последнего дыхания. Не выжить в ней, если думать только о себе. Дает жизнь «течь», одному не заделать пробоину, не поставить заглушку и раздвижной упор.
Меня всегда восхищало морское братство без местоимения «Я». Наша команда, наша лодка, наше море, наш флот, наш город, наша страна – НАШЕ! Сначала над этим не задумываешься, но в подсознании, медленно откладывается энергия этих слов. И вдруг однажды, начинаешь понимать: что же слово «наше» означает? А означает – надежность, осознание того, что рядом будет всегда тот, кто всегда подставит своё плечо, кто придет на помощь, кто не оставит без ответа письмо, потому, что всегда найдёт нужные и важные для тебя слова.
Трагедия гибели подводной лодки «Курск» всколыхнуло тогда всю страну и дало понять всем, что тонет не только она, а и все мы.
Я, конечно, ничего не смыслю в серьезных морских делах. Я не могу быть ни экспертом, ни человеком, который вообще может рассуждать и высказывать своё мнение на эту тему.
Я всего лишь Женщина! Что я могу? А многое!
Я могу растущим мальчишкам рассказывать о моряках-героях и помнить о них, пока жива.
С годами, я стала задумываться над интересным фактом. Есть один очень стандартный тип поведения у некоторых людей – уход в собственную «зону отчуждения» и молчание. Таким образом, они отстраняют себя от возникшей проблемы. Но неразрешенная проблема, порождает «домыслие», которое только уводит от истинных причин.
Надо иметь  смелость  говорить правду. Смелость не в том, чтобы сказать  о своей обиде или недовольстве, а смелость — признать собственную вину. Ведь самая реальная правда не та, которую мы говорим другим, а та, которую мы говорим сами себе, потому, что правда не предвзята, она объективна.
Объективность! Толща воды над головой, отрезанность от мира в пределах границы лодки, плечо товарища – куда бы его задвинуть подальше, чтобы одному  отдохнуть, лодка – уже не «наворот» технического прогресса, а продукт Россельмаша в первую пятилетку, как  трактор «Фордзен» и это — тоже объективность. Вахта за вахтой, повышенная напряжённость, день за днём, день за днём. Тогда почему, всё это пережив, даже покинув навсегда эту подводную жизнь, в неё хочется вернуться, погрузиться в прошлое больше и больше.
Почему, пережив гибель К-141, когда, казалось, одно напоминание о Лодке должно вызывать боль, отчуждение, отстранение от неё, происходит обратное: начинаешь радоваться и видеть возрождение жизни даже в этих цельнолитых валах.
Весь негатив и страх, надо подчинять и ломать, превращая из слабости в силу. Недостаток превращать в преимущество. Боль, какая бы не была – должна переродиться в веру, что идущие следом на Флот ребята дослужатся до адмиралов.
Сила Экипажа – в изолированности и сплочённости. Качество человека закаляется и проверяется не количеством сбитых фар на папиной крутой машине, и широте ресторанного охвата мегаполиса, а количеством всплытий и прохождений подо льдами.
Оказывается, что в ограниченном пространстве субмарины, энергии жизни во много раз больше, чем в многоэтажном доме. Ограниченные «отсеки жилых квартир», не делают людей внутренне свободными потому, что они зависимы от внешних факторов больше, чем моряки-подводники. Страх парализует у мегаполисных обывателей мечту.
С разницей практически в триста лет, когда был заложен первый русский парусный фрегат «Орёл», с которого и началась русская доблестная морская слава. Стенька Разин, захватив его, как трофей, не смог парусником воспользоваться в силу своей неподготовленности к такому кораблю. И, как не вспомнить слова Петра Первого: «Морскую науку постигать учением надобно…».
Защемило сердце, глядя на красавицу Лодку, привязанную  к бочкам носом и кормой,  красуясь на невских берегах перед парадом!
Сколько же она пережила и устояла! И взрыв кормовой уравнительной цистерны, из-за несрабатывания предохранительного клапана в Мотовском заливе. Достойно экипаж справился, сохранив каждого. И пожар во время ремонта. И пережила модернизации по конструктивному изменению кормовой оконечности, линий валов и гребных винтов. И достойно провела ходовые испытания после всех неприятностей и новшеств.
Пожалуй, что несколько лет совместной службы Лодки К -266 «Орёл» и Экипажа – настоящих «приключений» было достаточно, чтобы сегодня достойным словом вспомнить обоих.
Человека определяют ни словами, а деянием. Его характеризует отношение ко всему, что позволяет оберегать и хранить вековые ТРАДИЦИИ ФЛОТА!
Если только на миг, нам, не имеющим возможность оказаться на месте Экипажа, и даже мысленно пройти весь этот путь, что прошли наши герои вместе, мы бы смогли думать, как они. Даже из представленного — «вынырнешь» другим человеком, с  особым отношением к жизни и её ценностям.
Понимание приходит и к своему Командиру, который вызывает трепет. И не просто трепет, а священный трепет! Не каждый может взять на себя ТАКУЮ ответственность отвечать за восемьсот Херосим. Нужно в себе сочетать почти несовместимые качества – харизматичность, лидерство, профессионализм, и дух корсара. Как ни странно это покажется.
Дух пирата, лежит в глубине (а где ещё!) его души, в подсознании любого моряка-командира. Каким же надо быть сильным и волевым человеком в то время и в тех условиях, чтобы собрать на корабле искалеченных прошлой жизнью людей, случайно набранных в порту, не умеющих порой ни читать, ни писать, желающих справедливости в этой жестокой драме жизни, и создать из них «трудовое ядро» команды. Найти всем применение, дать возможность выхода сдерживаемой жизненной энергии и проявить себя.  Над сказанным, можно спорить много, не принимать слова буквально, но  факт, что Адмирал Дрейк добивался побед не только умением стратегически мыслить и быть профессионалом, он умел «понимать и чувствовать» команду. Он умел каждого «лепить и обжигать боем».
И вот на этом месте, хочу «исполнить слово» (остановиться).
Этот мой рассказ – маленькое зёрнышко истории Лодки, которая сегодня в строю. Вот, что не говори, а как-то становятся, очень понятны слова И.Г. Бубнова: «…Пишу «лодка». А почему, собственно «лодка»? Корабль! Настоящий подводный корабль! Хотя нет. Лодка! Так роднее».
Я не знаю ни одной профессии, которая требовала такой ответственности за всё. Даже профессии летчика или врача-хирурга, отличаются тем, что один может стать в поле воином, положившись на собственное мастерство и умение. У подводников мастерство – это экипаж, который является хорошим расчётом в одну целую единицу. И другого варианта нет, и никогда не будет.

¹ Пелагиаль — (также пелагическая зона от греч. πέλαγος «открытое море») зона моря или океана, не находящегося в непосредственной близости от дна. Среда обитания пелагических организмов планктона, нектона, плейстона.

© Copyright: Лидия Владимировна Сикорская

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Запись опубликована в рубрике ПИШУТ ДРУЗЬЯ с метками , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

4 комментария: Пишут друзья. Её Величество Подводная Лодка «Орёл» и её мужчины. Проза Л. Сикорской

  1. Александр Крохин говорит:

    Спасибо, Лидия Владимировна, за рассказ! На нашем сайте регулярно появляются публикации, затрагивающие разные стороны жизни нашего общества. Ваши рассказы об авиации, об особенностях службы в Военно-морском флоте очень интересны, позволяют расширить наши представления и познания в этих сферах. Впечатляют детали драматических событий и понимание сложности подводной жизни, когда моряки месяцами несут боевое дежурство, полагаясь только на опытность командиров, плечи и поддержку сослуживцев. Надеюсь, что появятся новые произведения в копилке нашего литературного объединения.

    • Лидия говорит:

      Спасибо большое , Александр Николаевич!
      Мне очень важно ваше мнение, как человека, которого я бесконечно уважаю и дружбой, которого, очень ценю.
      У вас на все хватает время: и на чтение, и на доброе слово, и на поддержку друзей, и на собственное творчество.
      Огромное спасибо! Именно с вашей легкой руки, я поверила в свои силы и себя. Раньше я даже не мыслила показывать свои тексты.
      С уважением, Лидия Сикорская

  2. admin говорит:

    Лидия Владимировна! К отзыву Александра Николаевича я бы ещё добавила, что Ваши рассказы не только интересны, но и интересен именно Ваш личный подход к теме.
    Спасибо Вам!
    С теплом,
    Женя Шарова

    • Лидия говорит:

      Уважаемая, Женя!
      Не скрою — это самое мое любимое имя.
      Спасибо большое!
      Я тепло почувствовала! Честно!
      Как же приятно!
      Буду еще лучше писать , чтобы от прочитанного сердце замирало от интереса! Да! От интереса!
      С теплом и к Вам, Лидия

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *