«Вспоминая былое…» Н.М. Некрасова

Некрасова Нина Михайловна, родилась 1 января 1927 года на Красной Поляне. Родители: Клемачёв Михаил Иванович, 1894г.р., уроженец села Белый Раст, мать Щербакова Анастасия Ивановна, 1899 г.р., уроженка деревни Лупаново, недалеко от Белого Раста. 
Родители занимались крестьянским трудом, имея небольшой надел земли, одну корову, одну лошадь. Были овцы и куры. Когда братья Крестовниковы построили хлопкопрядильную фабрику, крестьяне из деревень по окончании сельхозработ приходили на фабрику на сезонные работы на зимний период. А весной возвращались домой. Но не все могли работать зимой. Родители должны были дать согласие на выход из семьи для работы на фабрике. Родители поженились в 1920 году. И перешли работать на фабрику постоянно. Их поселили в Первой казарме. В одной комнате жили две молодые семьи. Так как родители были против их перехода на фабрику, то ничего с собой не дали. Всё пришлось наживать самим. В 1921 году родилась сестра Анна. У соседей по комнате было двое детей. А комната была 12 кв. метров. Родители работали на фабрике: отец – кубовщиком, мама – в цехе. В 1925 году родилась ещё одна сестра Валентина, которая через 4 года умерла от скарлатины. А в 1927 году родилась я — Нина. Отец вступил в партию, и его послали на учёбу, так называемый ЛИКБЕЗ. После учёбы отца повысили и направили на организацию колхоза в Озерецком. Там он возглавил комиссию по продразвёрстке. В 1933 году отца направили на строительство Лианозовского механического завода. В это время вся семья переехала жить в Лианозово. Отец занимал руководящий пост, и мы жили в отдельном домике.
Некоторое время спустя отца перевели в г. Ряжск, где он продолжил заниматься партийной работой. В дальнейшем семья распалась. И мама с двумя девочками вернулась на Красную Поляну в 1935 году. Мама до войны и после войны до выхода на пенсию работала на фабрике. Мы с сестрой учились. Я в 1941 году окончила 7 классов, в 1942 году пошла учиться в ремесленное училище № 49 в Лиановозо. Училище закончила досрочно в 1943 году, и по заявке завода меня направили работать на оборонный завод «Арсенал» №4, где я проработала до марта 1944 года. Потом поступила в Лобненский индустриальный техникум, по окончании которого меня направили в Харьков. Работала там мастером кирпичного и трубного цеха.
Не отработав 2 года, по вызову вернулась на Красную Поляну в связи с болезнью мамы. В последствии работала в Москве в проектной организации Гипрострой материалы техником. Сейчас мне 86 лет. Я прожила нелёгкую трудовую жизнь. Имею награды, я Ветеран труда, Ветеран трудового фронта, участник Великой отечественной войны. На моём пути встречались разные люди, но хороших больше. И я благодарна судьбе за это. Я верю, что Добро торжествует в мире, но не все это замечают.
Когда началась война, я только что окончила 7 классов. Немцы пришли на Красную Поляну в первых числах декабря 1941 года. Сначала наш посёлок сильно бомбили. Мы прятались в подвале казармы и боялись выходить.
В окошко мы видели, как въезжали немцы на Красную Поляну. Они ехали по просёлочной дороге из леса со стороны Мышецкого. Все ехали на машинах: офицеры на легковых, а солдаты – на грузовиках, из-за высоких бортов машин виднелись только каски немецких солдат. Машины поехали в сторону переезда. Но, видно встретили там отпор и повернули назад.
Как-то ночью мама с её знакомой решили пробираться через кладбище в сторону Клязьмы, решив, что на кладбище немцев не будет, и мы сможем пробраться. Мы надели на себя все платья, что были у нас, сверху – ватник.
А когда добрались до кладбища, то попали в перестрелку. Мы не поняли, кто стрелял и в кого. На окраине стоял частный дом. Мы побежали туда. Окликнули хозяев. Никто не ответил. Подпол был открыт. И мы спрятались там. Было темно и холодно. И здесь я почувствовала под телогрейкой какое-то тепло. Оказалось, что меня легко задело осколком. Кровь сочилась и промочила мою одежду. Я потом долго хранила этот осколок. Мама сказала, что мы возвращаемся домой, если суждено, то умрём дома.
Осторожно под утро мы добрались до своей казармы. У входа нас заметили немцы и остановили (вернее, это были финны, они были рыжие). Мы сказали, что живём здесь. Нам разрешили войти. Потом был обход патруля.
И они зашли к нам в комнату в тот момент, когда я снимала одежду, чтобы посмотреть рану. Этот немец-финн увидел, что я ранена, достал свой перевязочный пакет и отдал маме, чтоб она меня перевязала. А другой немец держал на руках маленького ребёнка. Он отдал его нам и сказал: «Это ваш, ваш!» Видно они нашли его где-то.
Немцы были на Красной Поляне всего несколько дней. Потом нас опять бомбили и мы сидели в подвале до прихода наших солдат. Я помню, как наши бойцы спустились в подвал и говорили: «Выходите, немцев прогнали!» Но мы боялись выходить, думали, что это провокация. На голове у наших были надеты шапки в виде «будёновки», это я запомнила.
Когда мы вышли наверх, мы не узнали наш посёлок. Всё было разрушено. Ещё долго потом дымились пожарища. Остался не разрушенным только магазин Крестовниковых.

Некрасова Н.М.

Записала Е.Р. Титова.

P.S. Уже несколько лет Некрасова Нина Михайловна находится в Доме престарелых в г. Ногинск Московской области.
Рассказ Нины Михайловны в записи Е. Титовой был опубликован в ГАЗЕТЕ «ЛОБНЯ» №49 ОТ 06.12.2013, стр. 3

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Запись опубликована в рубрике ПУБЛИЦИСТИКА с метками . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

1 комментарий: «Вспоминая былое…» Н.М. Некрасова

  1. admin говорит:

    Я сразу узнала текст — ведь я его читала пять лет назад в газете и три года назад поместила его в нашу копилочку СМИ…
    Тема детей войны и мне близка — моя мама тоже ребёнок войны… отец — малолетний узник…
    Какое сильное, стойкое поколение — поколение закалённое войной и тяжёлыми послевоенными годами…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *