«Я морем только и жил…» Проза С. Наумовой-Чернышовой

Этими словами Иван Константинович Айвазовский сам определил суть своей жизни и творческих интересов. Выставку, приуроченную к 200-летию со дня рождения художника и включающую в себя около 200 его полотен, представила зрителям Государственная Третьяковская галерея. Экспозиция, в которой приняли участие 17 музеев и ряд частных собраний, состоит из нескольких тематических разделов, представляющих многогранность и, вместе с тем, целостность творчества мастера.

Портрет И.К. Айвазовского кисти художника А.В. Тыранова

Портрет И.К. Айвазовского кисти художника А.В. Тыранова


Мне посчастливилось побывать на выставке великого мариниста за 10 дней до её закрытия — после неудачной попытки попасть в экспозиционные залы, отстояв длительную очередь, заранее был приобретён билет на конкретное число и время. Живое общение с работами художника превзошло самые оптимистические ожидания. Честно говоря, я думала, что, поскольку на всех картинах примерно одно и то же (море), то на осмотр много времени не понадобится. Не тут-то было! Три часа я знакомилась с работами мастера…

«Буря на Чёрном море», 1873г.

«Буря на Чёрном море», 1873г.

В XVIII веке в литературе, живописи и музыке сложилось понятие ноктюрна (от фр. nocturne — «ночной») – произведения лирического, мечтательного характера. Айвазовский, у которого рано сложился свой стиль и отточенные технические приёмы, всегда был верен заветам романтического искусства – внутри этого направления проходило его творческое развитие и стилистические изменения. Именно это и является индивидуальной чертой и своеобразием художника. Живописные образы его работ поэтичны и рождают ассоциации с музыкальными ноктюрнами Шопена, а знаменитые лунные дорожки уводят воображение в иные миры. Его картины необыкновенны по светопередаче – даже полотна, изображающие ночь, не оставляют ощущения мрачности и подавленности. Наоборот – в них тайна мироздания, волнующие, романтические образы. Мерцающий гипнотический свет луны, простирающийся по водной глади, настолько естественен, что невольно подходишь совсем близко, чтобы разглядеть секрет этого сияния. В какой-то момент даже начинает казаться, что освещение в зале – не от электрических ламп, а возникает от изображения ночного светила.
У Айвазовского была потрясающая способность – оказываться в нужное время в нужном месте. Так, в 1836 году, на выставке в Академии художеств, он познакомился с четой Пушкиных незадолго до смерти поэта, и уже на протяжении всего своего творческого пути не расставался с его образом. 10 картин Иван Константинович посвятил Пушкину. Одну из них, названную «Лунная ночь у взморья. Константинополь», он написал к 10-летию гибели Александра Сергееевича и подарил его вдове — Наталье Николаевне.

«Лунная ночь у взморья. Константинополь», 1847г.

«Лунная ночь у взморья. Константинополь», 1847г.

На протяжении своей жизни Айвазовский неоднократно обращался к теологической тематике, писал картины на евангельские сюжеты. Три работы, отражающие эту сторону его творчества, особенно привлекли моё внимание: полотно «Всемирный потоп», перекликающееся с картиной Карла Брюллова «Последний день Помпеи»(общая идея вселенской катастрофы), «Хождение по водам» (о полном убеждении в силе веры) и «Античные поэты на морском берегу в лунную ночь».

«Античные поэты на морском берегу в лунную ночь», 1886г.

«Античные поэты на морском берегу в лунную ночь», 1886г.

Сюжет последней картины связан с легендой о так называемой «Учительской скале» на острове Хиос и с именем Гомера – якобы на ней древнегреческий поэт встречался со своими учениками для состязаний в риторике и мастерстве стихосложения. Стоя перед полотном, явственно чувствуешь близость чего-то таинственного. Сначала никак не могла понять, от какой части картины исходит это ощущение: вот люди, собравшиеся на скале в полумраке, а позади них — тёмные кусты. Не оттуда ли? Потом поняла: таинственное идёт оттуда, куда люди направляют свой взор – вперёд, за горизонт, освещённый космическим лунным светом, в энергетическое пространство будущего…
Но сам Иван Константинович не был бесплодным мечтателем, а жил активной жизнью. Жажда всё увидеть и всё узнать сохранялась у него на протяжении всей жизни. Много путешествовал, причём его путешествия не были праздными — в поездках он изучал работы великих мастеров прошлого и известных современников, живо интересовался приморскими местами. Путешествия давали материал для сюжетов, которые художник создавал как по свежим впечатлениям, так и возвращаясь к темам через несколько лет, вновь проживая и переживая давнишние события. Айвазовский обладал феноменальной памятью — например, ледяные горы Антарктиды он писал 50 лет спустя.
Являясь художником Главного морского штаба, на протяжении многих лет дружил с выдающимися русскими флотоводцами — М.П. Лазаревым, В.А. Корниловым, П.С. Нахимовым. Участвовал в морских экспедициях и военно-морских походах. Живо откликался на современные события (последняя работа в этом направлении – русско-турецкая война 1887-1888 годов). Получал официальные заказы от морского ведомства на картины, изображавшие исторические сражения и воспевающие славу и мощь русского флота.
Военно-морской флот отвечал ему взаимной преданной дружбой. Специально для художника стреляли из корабельных пушек, чтобы он видел, как ядра рикошетом летят по морской глади. А в 1846 году, когда Айвазовский отмечал 10-летие своей творческой деятельности, в порт Феодосии вошла флотилия во главе с флагманским кораблём «Двенадцать Апостолов» и дала салют в честь художника. Не каждый удостаивается подобных почестей!

«Смотр войск черноморского флота в 1849 году», 1886г.

«Смотр войск черноморского флота в 1849 году», 1886г.

Помимо картин, на выставке также можно увидеть макеты кораблей, навигационные приборы, подзорные трубы, принадлежавшие адмиралу Лазареву, глобус звёздного неба – эти и другие подлинные предметы флотского обихода предоставлены из фондов Центрального военно-морского музея в Санкт-Петербурге. Альбом великого князя Константина Николаевича, в котором, среди работ известных живописцев, находятся рисунки и акварели Айвазовского. Портреты родных и близких кисти самого Ивана Константиновича.

Летопись его жизни и творчества. Среди редких фотографий и документов — жалованная грамота императора Александра II от 4 декабря 1864 года о «…потомственном дворянском достоинстве…», снимок с семьёй в имении Шейх-Мамай, фото торжественного открытия Субашского водопровода и фонтана им. И.К. Айвазовского 18 сентября 1885 года. Записные книжки художника: одна — с заметками о пейзажах, заказанных ему турецким султаном; другая – с рисунками. Телеграмма П.М. Третьякову, написанная на бланке рукой Айвазовского (потом текст, как и положено, печатали на телеграфной ленте): «Сердечно тронут дорогим Вашим вниманием». Юбилейные подношения от разных ведомств – военно-морского флота, Министерства народного просвещения, депутатского собрания Санкт-Петербурга и многих других. Шуточное стихотворение, адресованное Айвазовскому художником и архитектором, членом-учредителем по устройству Русского музея в Петербурге, одним из разработчиков проекта здания Музея изобразительных искусств в Москве и автором памятника Александру II в московском Кремле, П.В. Жуковским (сыном поэта В.А. Жуковского):

«Быть может смело поступаю,
Что я, не признанный поэт,
Пред Юбиляром выступаю,
Стихами выразить привет»

Любопытный документ – меню общественного обеда «В честь юбилея 60-летия художественной деятельности И.К. Айвазовского». Вот некоторые блюда из длинного списка:
1) Суп «Чёрное море»
Пирожки «Хаос»
Борщок «Средиземное море»
2) Осетрина «Посейдон»
Соус «Азовское море»
3) Филей «Синоп»
Соус «Наварин» и «Ниагара»

Даже здесь не обошлось без излюбленной художником морской тематики!..
На мой взгляд, Иван Константинович прожил интересную, плодотворную творческую жизнь. Ладил с людьми. Был любим ими. Много и с удовольствием работал. Ко всему прочему, был не только прекрасным колористом, но и блестящим рисовальщиком. Рисовать начал ещё мальчиком – на случайных листах бумаги, на обрывках газет, на белёных стенах домов. Рисовал парусники, рыбацкие баркасы, море – то, что видел в своей повседневной жизни. Море…
«Я морем только и жил…», — говорил он. И море показывало ему все свои состояния, все грани, всю мощь и безудержность – всю симфонию своей богатой жизни. «Подобно древним творцам-демиургам, мастер создаёт свой мир, хорошо им знаемый и бесконечно любимый, — мир воды, неба, воздуха и света», — говорится в путеводителе, выпущенном к выставке Айвазовского.
Часы, проведённые мной на выставке – время, проведённое в мире воды, неба, воздуха, света, любви и счастливого творчества. Это так здорово!

© Copyright: Светлана Наумова-Чернышова

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Запись опубликована в рубрике НАШЕ ТВОРЧЕСТВО, ПРОЗА с метками , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

9 комментариев: «Я морем только и жил…» Проза С. Наумовой-Чернышовой

  1. Евграф говорит:

    Светлана, спасибо за подробную познавательную статью! О великом художнике-маринисте знают все, видели его картины в разных галереях, в репродукциях. Из твоей статьи мы узнаём новые подробности о творчестве и жизни художника. Фотографии интересные, показано твоё личное отношение и к автору, и к самой выставке. Спасибо за прикосновение к прекрасному!
    Е.Р.

  2. Александр Крохин говорит:

    Иван Константинович Айвазовский один из почитаемых мною художников. В Русском музее я проводил многие часы у его огромной картины «9 вал» и пытался понять, как мог художник красками передать светящуюся изнутри изумрудную волну, весь трагизм ночного шторма и ужас людей, потерпевших крушение. Я спрашивал у его внука Константина Константиновича Арцеулова, как удалось его деду сотворить это Чудо, что все посетители музея пытаются заглянуть за полотно, не горит ли там лампочка-подсветка? Арцеулов пожал плечами и ответил:
    — Я знаю одно, что он писал картину очень быстро, она написана была задолго до моего рождения. Пацаном видел, как дед дома писал широкими мазками небольшие морские пейзажи за 3 -4 часа.
    Ещё мне интересен Айвазовский был, как человек, обладавший феноменальной фотографической памятью. Но, это уже отдельная тема.
    Спасибо, Светлана за увлекательный рассказ

  3. Людмила говорит:

    Светлана! Спасибо огромное, с большим интересом прочитала Ваш «репортаж» с выставки, на которую не удосужились попасть. Хоть и очень хотела, вот непростительно просто. У Вас удивительная способность так все подметить и так живо все передать — как сейчас говорят — вкусно! Так щедро Вы делитесь своими чувствами, ощущениями, познаниями, у Вас просто светлый дар, соответствующий Вашему имени! Спасибо!

  4. Светлана Наумова-Чернышова говорит:

    Спасибо вам, дорогие мои, за отклики!
    Выставка работает до 20 ноября, и последние дни галерея продлила время посещения (можно посмотреть на сайте). Я спешила написать, думала, что может кто-то ещё успеет побывать. Очереди, правда, длиннющие, но если задаться целью, то можно достояться. Хотя, оставшиеся дни народу будет больше…
    Сейчас удобно сделали — можно приобрести электронный билет, но их как-то сразу разбирают (плюс перекупщики). Мы, после 2-х часового стояния, приобрели билеты на предварительное число (после того, как поняли, что не попадём — почти за месяц) и на конкретное время — они теперь определяют точную дату сеанса. Я к чему так подробно? К тому, чтобы на будущее это учесть. Сейчас, может, и не стоит морозится. Будут новые интересные выставочные проекты! Соберёмся — желающие, купим на всех билеты и, если захотим, закажем экскурсию.
    Да, Александр Николаевич, Айвазовский замечательно свет передавал! Я тоже думала о светящейся волне, когда смотрела полотно «9 вал». Ко всему прочему, оформители грамотную работу проделали с подсветкой — именно в самое светлое место — подача лампы. Вообще, колоссальный труд вложили устроители выставки! 17 музеев, частные собрания — со всеми договориться, перевозка, составление документов — страшно подумать!
    Спасибо вам, ещё раз, за сердечную отзывчивость!

  5. Елена говорит:

    Дорогая Светлана Евгеньевна, Вы разместили совершенно очаровательный очерк о событии в культурной жизни Москвы, событии очень значительном. Мне посчастливилось посетить эту большую выставку, осмотреть экспозицию и второй этаж, на котором представлены личные вещи и фотографии великого живописца. Благодаря Вашей публикации я вернулась к тем прекрасным августовским дням, вновь погрузилась в пучину ярких, глубоких впечатлений… Несколько месяцев Третьяковка манила в свои «крымские» сети людей, неравнодушных к поэзии моря, к таланту и трудолюбию Ивана Айвазовского. Я читала, что по итогам посещаемости эта выставка в первые же недели обогнала грандиозный «девятый вал» выставки Валентина Серова. Спасибо, Светлана, фотографии и статья прекрасные!

    • Елена говорит:

      Светлана, по Вашему предложению совершить культпоход- я очень хотела бы очутиться с ЛИТО на выставке «Сокровища Ватикана» в Инженерном корпусе Третьяковки. Если будете заказывать экскурсию, учтите моё горячее желание, я отдам деньги при встрече. А я, возможно, сумею пригласить ЛИТО на спектакль в Культурный центр Высоцкого в Таганке где-то в январе-феврале (когда буду располагать информацией, обязательно сообщу). С любовью, Елена.

  6. Светлана Наумова-Чернышова говорит:

    Спасибо за отклик, Елена!
    Очень приятно, что у нас с Вами есть общее — встреча с Айвазовским. В разное время получили одинаковые впечатления — удовольствие!

  7. Елена Постоева говорит:

    Светлана, Ваши очерки становятся всё лучше и лучше. Нет предела совершенству! Побывала на выставке в октябре, и с удовольствием ещё раз прошлась с Вами по залам. Спасибо Вам!

  8. Светлана Наумова-Чернышова говорит:

    Спасибо вам всем за то, что присоединились к прекрасному событию!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *